Книга Зачарованная река, страница 127 – Ребекка Росс

Сидра вошла внутрь, миновав Йирра, свернувшегося калачиком на крыльце и наблюдавшего за ней. Девушка стояла у стола, уставившись на пестик и ступку, сушеные травы, стебли, листья и цветы. Язык, на котором она говорила с детства, теперь казался ей неузнаваемым и чуждым.

В доме было так тихо, что ей хотелось исчезнуть в этой тишине. Сидра не знала, как долго она простояла, глядя в пустоту, когда дверь со скрипом отворилась.

Йирр не залаял, чтобы предупредить ее о незваном госте.

Сердце Сидры застыло, она испуганно обернулась, но это оказался Торин. Его лицо раскраснелось то ли от загара, то ли от гнева – девушка пока не могла разобрать. От него пахло летним ветром и травой, и она заметила, что он держит в руках несколько бутылочек с тоником. Те самые, которые она приготовила для него и стражников, чтобы уменьшить их потребность во сне и обострить внимание.

— Прости, Торин, – машинально произнесла она. Ей было жаль его за страдальческий блеск в глазах, за то, что его тело теряло силу с каждым часом. Ей было больно видеть, каким изможденным он стал, как разрывал себя на части.

— За что ты извиняешься? – резко ответил он, словно устал от ее извинений. – Можешь сделать еще одну порцию для моих стражников?

Ей не хотелось ничего делать, но Сидра все же кивнула и, взяв у него бутылочки, поставила их на стол.

— Я принесу новую порцию в казармы чуть позже.

— Я подожду здесь, – настаивал он.

Воин хотел понаблюдать за ее работой. Раньше его никогда не интересовали такие вещи, и Сидра забеспокоилась, когда начала собирать свежую зелень.

— Тебе лучше присесть, – предупредила она. – Это займет некоторое время.

Всегда находился кто-то другой, кому он был нужнее. Всегда находилась задача насущнее, чем побыть дома.

Торин придвинул стул и сел.

Он молчал целых пять минут, пока Сидра ставила котелок на огонь и смешивала травы.

— Если бы раненый Бреккан постучал в твою дверь, – начал Торин, – ты бы вылечила его?

Сидра подняла взгляд. Она не была уверена, какой ответ он хотел услышать. И тут она поняла, что Торин спрашивал не об этом. Он хотел узнать ее мнение, даже если оно было трудным для его понимания.

— Да, – ответила она.

— Если бы Бреккан ранил меня, а затем, израненный, постучался в твою дверь, ты бы исцелила его?

— Да, – прошептала Сидра.

— Тогда тебе следует подготовиться, – сказал он. – Запасись снадобьями для наших врагов, чтобы залечить их раны, а также раны, которые они нанесут нам в ответ. Ведь это неизбежно.

— О чем ты говоришь, Торин?

— О той сделке, которую ты посоветовала моей кузине. Она состоялась сегодня, и, по словам Адайры, прошла успешно. Теперь она хочет наладить постоянную торговлю с Брекканами, как будто одна удачная встреча может смыть весь ужас и перечеркнуть набеги, совершаемые на нас десятилетиями.

— И ты считаешь, это ужасно? То, что твоя кузина мечтает о мире.

Торин подался вперед.

— Не думаю, что Брекканы действительно хотят мира. Я считаю, они хотят истощить наши ресурсы, ослабить нас, прежде чем захватить.

Сидра сглотнула.

— Они узнали Оренну?

Глаза Торина потемнели.

— Нет. А это значит, что мы ни на шаг не продвинулись к разгадке этой тайны. Я бы хотел, чтобы ты позволила мне делать мою работу, Сидра.

Теперь она разозлилась; ее кровь вскипела. Он не только обвинил ее в том, что она дала Адайре плохой совет, но и намекнул, что она вмешивается в дела, которые ее не касаются.