Книга Бесконечное пламя, страница 160 – Ребекка Росс

— Я тоже так думаю, – сказала Сидра, хотя у нее мороз пробежал по коже. Обезглавить Морэя придется ей, а она никогда прежде не убивала человека. – Но если мы его казним за преступления, разве не начнется война с Западом?

— С Брекканами не угадаешь, но, наверное, да, возможно. Поэтому мне и кажется, что тебе нужно позволить им самим с ним расправиться. Пусть его кровь будет на их руках.

Сидра замолчала, глядя на письмо.

— Но удовольствуются ли этим Тамерлейны? – наконец спросила она. – Если смерть настанет не на их глазах?

— При расправе будут присутствовать и Адайра, и Джек, – ответила Ивейн. – Джек может написать балладу и спеть клану про смерть Морэя.

Сидра кивнула, но ее все равно что-то беспокоило. Она провела пальцами по верхней губе, почувствовав запах земли из-под ногтей.

— Почему Иннес Бреккан на это согласилась? Согласилась потерять собственного наследника?

— У меня есть несколько гипотез, – сказала Ивейн, наклонившись, чтобы подлить себе еще чаю. – Но сначала прочитай письмо Адайры.

Сидра взяла свиток, хотя на душе у нее было тяжело от тревоги. Но второй раз за это утро ее подстерегала неожиданность. Когда она читала написанное Адайрой, сдавившие ее грудь тиски начали разжиматься.

Она вдохнула раз, другой.

Ивейн пристально следила за ней и ждала.

Сидра положила письмо на стол лицом вверх.

— Они тоже страдают от порчи. И зовут меня приехать, чтобы вместе найти лекарство.

— Ни в коем случае, лэрд! – тут же последовал резкий ответ Ивейн. – Я не могу выпустить тебя из-под присмотра.

— Я не лэрд! – начала Сидра, и щеки у нее вспыхнули. – И я…

— Нет, лэрд! – повторила капитан, на этот раз еще резче. – Если с тобой что-то случится на Западе… Я даже не хочу об этом думать. Мы не можем тебя потерять.

— Однако и на Востоке со мной кое-что может случиться, – возразила Сидра. И в душе у нее, как ни странно, воцарился мир. Она ощутила спокойствие и уверенность. Ее разум больше не затуманивали сомнения. – Я больна, Ивейн.

Ивейн ничего не сказала, но ее суровость сменилась изумлением.

— У меня порча, – повторила Сидра, – и я ношу ребенка от Торина. И я не знаю, сколько мне осталось. Я истощила все свои познания и все свои ресурсы здесь, на Востоке, пытаясь отыскать лекарство, однако… Я не могу не задумываться. Я вспоминаю цветок Оренны – тот, что растет только на Западе и не растет на Востоке, и думаю: вдруг по ту сторону границы кланов есть растения, которые мне нужны? Я бы не удивилась: остров будто хочет снова быть единым.

Ивейн вздохнула, но ее прежняя решимость ослабла.

— Я подозревала, что ты беременна, Сидра. Но о порче я не знала. – Она замолчала, глядя в глаза целительницы. – Мне жаль. Если бы я могла взять эту болезнь на себя, я бы так и сделала.

Сидра сморгнула подступившие слезы, но они встали в уголках ее глаз, сверкая, словно звезды.

— Я бы этого не позволила.

— Еще бы, – усмехнулась Ивейн, но ее глаза тоже блестели от нахлынувших чувств. – Поэтому-то я убью любого, кто поднимет на тебя руку на Западе.

— Об этом я не переживаю, – сказала Сидра. – Я возьму с собой Блэра и еще троих стражников. Я возьму травы, которые в моих руках острее любого ножа. И я буду с Адайрой, которой полностью доверяю.

Ивейн стиснула зубы. Ей все же хотелось возразить.