Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 35 – Ши Цзин

Слова госпожи Мэн были разумны и справедливы. Слухи о похождениях второй барышни действительно могли бросить тень и на первую. Цзян Сюэнин понимала, что в упреках матери нет ничего предосудительного, и все же в душе ощутила прилив раздражения, невольно сжала кулак у бедра и опустила взгляд.

— Ты права, матушка. Впредь обещаю быть осторожнее.

Услышав вежливый, но отстраненный ответ, да еще видя непокорное лицо девушки, женщина не на шутку разозлилась и с глухим стуком поставила чайную чашку на столик, собираясь как следует отчитать дочь. У Цзян Сюэхуэй от дурного предчувствия дернулось веко, и она тяжело вздохнула. Мать желала ей только добра, однако своими придирками лишь сильнее отталкивала от нее младшую сестру. Могло статься, что счет за обиды Сюэнин позже предъявит именно ей. Нельзя было допустить, чтобы госпожа Мэн разразилась гневной тирадой.

Цзян Сюэхуэй поспешно схватила мать за руку, не дав той заговорить:

— Раньше сестра даже наследника Яня не слишком-то слушалась, а теперь вняла совету и навела порядок у себя в покоях – значит, стала сдержаннее и рассудительнее. Раз уж молодой господин хоу хорошо на нее влияет, зачем беспокоиться о сплетнях? Если сестра выйдет замуж за достойного человека, это всему нашему дому на пользу. Может, и мое замужество благодаря ей сложится удачно. Да и сегодня, когда Ван Син вздумала мне грубить, сестра за меня заступилась.

Цзян Сюэнин подумала, что проучила служанку вовсе не из-за сестры, а за то, что она вела себя дерзко за спиной у хозяйки и присваивала ее вещи, однако девушка с холодным видом наблюдала, как Цзян Сюэхуэй утешает мать выдумками.

Та и вправду нашла в словах старшей дочери здравый смысл, но взять назад сказанное было не так-то просто. Госпожа Мэн снова подняла глаза на бесстрастную Цзян Сюэнин. Чертами лица девушка была похожа на мать, только в изгибе ее бровей и уголках глаз таилось нечто напоминавшее мерзавку Вань. Желание продолжать разговор тут же пропало, и женщина махнула рукой:

— Ладно. Все равно твоими делами распоряжается отец. Ступай. Вечером можешь не приходить с поклоном.

— Да, матушка. Разрешите удалиться.

Госпожа Мэн не желала больше видеть непокорную дочь, а та и не собиралась задерживаться. Она отвесила чинный поклон и вышла.

Близился вечер, и закат выдался ослепительно-ярким. У стены позади западного флигеля рос древовидный гибискус. В лучах заходящего солнца его розовые цветы разных оттенков – от нежного до насыщенного – казались особенно пышными и живыми. Когда Цзян Сюэнин проходила мимо, с ветки сорвался и упал ей на голову один из совсем свежих, распустившихся только что. Девушка непроизвольно поймала его, подняла взгляд и увидела Янь Линя. Юноша в темных одеждах с кожаным поясом непринужденно сидел на стене, согнув ногу в колене и держа меч.

— Сегодня лекции закончились раньше, но государь задержал меня разговором. Я только сейчас покинул дворец, – сказал он с улыбкой. – Послезавтра в честь Праздника двойной девятки в столице устраивают фестиваль фонарей. Я хочу отвести тебя полюбоваться.

Глядя на цветы и лицо юноши, озаренные закатным солнцем, Цзян Сюэнин на мгновение ослепла от яркого света, растерялась и не сразу уловила смысл сказанного. Фестиваль фонарей на Праздник двойной девятки… в прошлой жизни именно в этот день старшая принцесса Лэян по имени Шэнь Чжии вышла из дворца вместе с Шэнь Цзе, впервые увидела Цзян Сюэнин, переодетую юношей, и влюбилась…