Книга Королева Вечности, страница 83 – Л. Дж. Эндрюс

— Как? – Он продолжал задыхаться от надрывного кашля. – Она сказала, что защитит… нас.

Над палубой разнесся громогласный хохот Тэвиша.

— О, возможно, ваша маленькая ведьма и пообещала это, но подобные защитные заклинания действуют только в том случае, если их не разрушат другие. – Он выразительно взмахнул рукой, а затем подмигнул, словно давнишнему другу. – Наслаждайся, мой король. Похоже, попался еще один.

Из дальнего конца шеренги одетый в тяжелый холщовый плащ мерзавец стремительно бросился к борту корабля, но оказавшиеся рядом принцы-близнецы преградили ему путь. Джонас и Сандер с глазами цвета полуночи преследовали труса, уводя его от борта, а вскоре фейри взмолился, прося какое-то существо, какой-то ужас оставить его в покое.

Он жалобно заскулил и бухнулся на колени. В воздухе нарастало напряжение, похожее на приближающуюся грозовую бурю. Принцы безмолвно опустились на колени возле жертвы, но что бы ни вытворяла их магия, казалось, она пытала предателя изнутри, поскольку тот истошно кричал, отмахиваясь от невидимых сущностей.

Магия, призывающая кошмары. Я торжествующе усмехнулся, довольный тем, что удалось взять с собой нескольких земных фейри.

Ублюдок судорожно корчился возле моих ног от быстро распространяющегося яда. Слишком простая для такого подонка смерть.

Вцепившись пальцами в его горло, я притянул побагровевшее лицо к своему и издал низким голосом тихий и порочный напев. Тело перестало биться в предсмертных конвульсиях, а черные проступившие вены на руках посветлели.

Как только дыхание пришло в норму, я швырнул его назад.

— Как твое имя, предатель Королевства Вечности?

— Паэдар Блейдклэймер, мой король.

— А, второй помощник Огненного шторма собственной персоной, если не ошибаюсь.

Ответ последовал не сразу, но он медленно кивнул.

— Я-я-я ничего не делал, клянусь Богами. Я ничего не делал. Я связан с экипажем, понимаете, и… – Мерзавец запнулся, сглатывая выступившую на губах слюну. – У нас нет выбора, если наш лорд приказывает. Клянусь, мы ничего не делали. Я ничего ей не сделал.

Стоило присесть перед ублюдком, как расплавленный жар волной растекся по шрамам, оставшимся после сломанной ноги. Его черты лица огрубели от долгих дней, проведенных под открытым солнцем. Слипшиеся пряди волос рассыпались по широким плечам, а нижние зубы выпирали, скрывая заостренные верхние клыки.

По сравнению со мной он оказался крупнее и, несомненно, сильнее, однако предательски дрожал, словно угорь, попавшийся на крючок.

— Ничего не сделал, говоришь?

Я выдержал паузу, заставив Блейдклэймера нервничать и гадать, какое именно действие последует после произнесенных мною слов, а затем вонзил острие клинка в толстый живот.

— Чего ты не сделал, – прошипел я ему прямо в ухо, – так это не сознался своему королю в предательстве лорда своего дома. Чего ты не сделал… – Повернув рукоятку, я упивался отчаянными криками боли. – Не помешал Хранителю костей плести интриги против меня. – Очередной оборот принес новый истошный вопль. – И последнее, чего ты не сделал, – не рассказал, куда ее забрали. Разумеется, последнее – самое тяжкое из всего, чего ты не сделал.

Проведя кончиком языка по губам, я ощутил кислый привкус крови, а затем плюнул ему в лицо, проследив, как смешавшаяся со слюной кровь стекает по искривленному носу на губы. Одним пальцем я подцепил плевок и вымазал им внутреннюю сторону рта предателя.