Книга Королева Вечности, страница 233 – Л. Дж. Эндрюс

Четкая линия темных вод, прочерченная в морях, обозначала барьер между королевствами морских и земных фейри. Хоть она и осталась, но, как и обещала эльфийка, принесенная когда-то жестокость исчезла.

Гэвин, Тэйт и Алексий предложили проверить новый барьер. Корабль Гэвина отсутствовал бóльшую часть утра, а после возвращения на их лицах читалось легкое благоговение.

Бездна для морских фейри никогда не представляла особой преграды, скорее напоминала неистовый морской шторм. Но возвратившийся Алек описал путешествие как переход из ледяных в нагретые солнцем воды. Сначала очень темно и холодно, но стоит достигнуть Вечного моря, как свет и тепло вливаются в течения.

— Почти спокойно, – произнес он, обращаясь ко всем, но глазами устремившись на тетю. – Не более чем погружение в море.

Оставалось лишь позаботиться о дыхании. Благодаря заклинаниям и магии Элиза проживала жизнь как фейри, но у нее все еще были легкие смертной.

Одна из земных ведьм – или эликсирщиц – развеяла тревогу.

— Простой амулет, который нужно держать при себе. Вот все, что тебе понадобится, Элиза. Я изготовлю его в течение нескольких дней.

— Дней? – Тэвиш закинул ногу на ногу. – Я сделаю его завтра к закату.

— Вы бросаете мне вызов, мастер заклинаний?

Тэвиш самодовольно ухмыльнулся.

— Так и есть, эликсирщица.

Сомнений в том, что к концу недели у королевы Ночного народа, да и у любого смертного в земных королевствах, найдется полдюжины способов дышать во время путешествия, у меня не осталось.

Прильнув ко мне, Ливия улыбалась, наблюдая за оживленным весельем. Женщины, мужчины, дети танцевали. Повелитель земли смеялся вместе с Элизой в центре комнаты, пока отец и мать Миры что-то шептали им вслед.

А рядом с ними поклонился в пояс морской ведьме Сандер, принимая ее руку для танца. Гэвин, превратившись в главный объект для интриг в кругу придворных дам, станцевал уже более чем с четырьмя женщинами.

— Говорящий с сердцами. – Мира подошла к Тэйту, стоявшему в двух шагах от нас. – Тебе пора танцевать. Может, хоть немного улыбнешься.

— Прежде чем плясать, я бы предпочел засохнуть на земле.

— Боги, ты самый угрюмый мужчина, когда-либо встречавшийся мне, – выпалила принцесса и гордо удалилась, пробормотав через плечо не одно оскорбление.

— И она не ошибается, кузен, – заметил я, отпивая медовый густой эль, который подавали земные фейри. Говоря начистоту, он понравился мне гораздо больше, чем наши сладкие вина, но даже под пытками я не рассказал бы об этом Алистеру.

Тэйт хмыкнул, но не стал возражать. Кузен держался угрюмо, но на то имелись свои причины, и поведать их должен был он сам. Тайны, которые ему предстоит раскрыть самому.

— Что случилось с Джонасом? – прошептал я на ухо Ливии.

Ее взгляд метнулся к принцу, сидевшему среди нескольких Рэйфов, расположившихся вокруг эльфийки. Ее героическое сокрушение Бездны вызвало такое потрясение, что внушило еще больше благоговейного трепета в возможности ее силы.

Повсюду за эльфийкой наблюдали неуловимые глаза. Очень пристально. И, несомненно, так будет всегда.

Не обращая внимания на всеобщее веселье, Джонас рассматривал свой рог, наполненный элем, глубоко погрузившись в собственные мысли.

Ливия с тревогой вскинула брови.

— Не знаю. Он лишь обмолвился, что у него от всего случившегося в голове слишком много мыслей.