Книга Запрет на истинность, страница 119 – Светлана Томская

— Скайрус сказал, что Алия принесла твою мать из другого мира.

— Не удивлён, — выдыхает он мне прямо в губы.

И я наконец-то получаю то, о чём мечтала.

* * *

После темноты коридора глаза не сразу привыкают к солнечному свету. И сначала о том, что мы не одни, подсказывает мне слух.

— Скайрус, — рычит чуть в стороне императорский дракон. — Живучий гад.

Райлинг подстраивает моё зрение, чтобы я могла увидеть отца, но первым я вижу своего врага. Скайрус, окружённый магическими щитами, стоит в нескольких метрах от входа в пирамиду. А вокруг него наливаются белым цветом несколько гурун-хара.

Эйнар ставит меня на ноги, но я не спешу отойти от него, а наоборот, прижимаюсь к нему сильнее. Во мне оживает древний страх перед магическими червями, способными в несколько глотков опустошить мага.

И сейчас они выпивают силы одного из сильнейших воздушников. Я вижу, как истончаются щиты Скайруса, как багровеет его лицо от усилий. Щиты становятся не толще плёнки мыльного пузыря, вздрагивают в последний раз и лопаются. Ноги негодяя подгибаются, и гурун-хара впиваются в его солнечное сплетение.

И хотя я уже видела, как они это сделали с Ирвином и Дангуром, меня снова пронизывает холодом. Ойкнув, я прячу лицо на груди Эйнара.

— Они никогда не причинят тебе вреда, — успокаивающе говорит мой чамп. — Ни тебе, ни кому-либо другому из семьи. Да и посторонних они без приказа не трогают.

— Поэтому ты был уверен, что Скайрус не сбежит? — спрашиваю я, не спеша открывать глаза.

— Я был почти уверен, что едва этот гад почувствует гурун-хара, как моментально применит магию.

— Почти?

— Вообще-то, артефакт, который он пытался создать, должен был работать по такому же принципу — реагировать на применение магии. Мог бы и догадаться, что против гурун-хара не стоит её использовать. Он мог оказаться умнее…

— … но не оказался, — раздаётся рядом голос отца. — Спасибо, Эйнар, что спас мою дочь.

И я наконец-то рискую посмотреть, что происходит вокруг. Скайрус сидит на земле, глядя перед собой бессмысленным взглядом. Никаких гурун-хара больше не видно.

Рядом с нами отец и Роан, а ещё на поляне не меньше двух десятков гвардейцев, которые именно в этот момент расступаются, освобождая место для приземления белого дракона: мама не усидела во дворце.

Обернувшись, она бросается ко мне.

— Айри!

Обнимаю её. Вижу, как Роан и отец пожимают руку Эйнару.

Рядом с ними появляется начальник гвардии.

— Можно забрать преступника? — деловито спрашивает он.

Эйнар кивает.

— Забирайте, и там внутри в таком же состоянии ещё двое.

— Айри, мы немедленно летим домой, — говорит мама. — Мужчины пусть сами разбираются.

— Только в сопровождении гвардейцев, — моментально откликается отец.

— Нет, — перекрывает общий шум спокойный голос Эйнара, и все замолкают. — Айрис останется со мной. Я её больше никому не доверю.

— Что это значит? — непонимающе хмурится отец.

А я, высвободившись из маминых рук, встаю рядом со своим чампом. Эйнар собственнически притягивает меня к себе.

— Айри — моя истинная, — заявляет он.

— Но вы же… — начинает отец.

— У них метки истинности, — перебивает императора Роан. — Я видел.

И я закатываю рукав, демонстрируя запястье. Эйнар разворачивает свою руку, показывая предплечье.

— Так не бывает, Лисса — моя сестра, — растерянно говорит мама.