Книга Катастрофа для декана, страница 32 – Ханна Леншер

Я подошел к ее столу, бесцельно провел пальцем по деревянной кромке.

— Опять пришел вынюхивать, белобрысый? — внезапно раздался скрипучий, сварливый голос из-под стопки пустых пергаментов.

Я сдвинул документы. Зеркало лежало лицевой стороной вверх, и на потускневшей амальгаме хмурились нарисованные магией густые брови.

— Я проверяю выполнение дисциплинарного взыскания, кусок стекла, — холодно отозвался я, скрещивая руки на груди. — Студентка Ланарит давно ушла?

— Полчаса назад упорхнула, — хмыкнул артефакт. — Злая как мантикора с зубной болью. И знаешь, мальчик мой, я бы на твоем месте сильно не гордился своими педагогическими талантами.

— Меня не интересует твое мнение, артефакт, — процедил я, разворачиваясь, чтобы уйти. Слушать нотации от инвентарной единицы я не собирался.

— А вот ее мнение тебя очень даже интересует! — злорадно припечатало зеркало, заставив меня остановиться. — Думаешь, я слепой? И не вижу, как ты вокруг нее кругами ходишь, словно кот около кувшина со сметаной, но боишься лапы замочить?

Я медленно повернулся. Внутри меня начал подниматься глухой, опасный гнев.

— Следи за языком, Вернон! Я могу отправить тебя на переплавку или просто разбить.

— Ой, напугал! — дребезжаще рассмеялся артефакт. — Лучше послушай, что твоя Ирмина мне сегодня рассказала.

Надо было развернуться и уйти, но ноги словно приросли к полу. Меня приковало к месту жгучее любопытство.

— И что же? — поинтересовался я, делая вид, что мне это не важно. — Жалуется? Обзывает белобрысым садистом и тираном? Так я уже это слышал.

— Это еще ласково! — радостно подхватило зеркало. — Ящерка сказала, что ты невыносимый чурбан с комплексом бога. Шикарно звучит, да? Ухватила самую суть! Но знаешь, что ее бесит больше всего?

Я моргнул, сбитый с толку.

— Твои плечи! — Вернон аж захлебнулся от восторга.

— Мои… плечи?

— Именно! — торжествующе дребезжал Вернон. — Она пожаловалась, что трудно ненавидеть человека, когда у него такие широкие плечи!

Воздух в легких внезапно закончился. Мой внутренний дракон, до этого тихо сидевший в клетке контроля, вдруг довольно и низко заурчал, расправляя фантомные крылья. Плохо дело.

— И это еще не все, — заговорщицки продолжил артефакт, явно наслаждаясь произведенным эффектом. — Ящерка очень сокрушается, что когда ты рядом, у нее мысли путаются и она забывает, как дышать. В общем, тяжела жизнь бедной Ланарит: и убить декана хочется, и потрогать.

— Вздор, — хрипло выдавил я, пытаясь взять себя в руки, но кровь уже шумела в ушах, разгоняя по венам чистый адреналин.

— Вздор? Жаль, говорит, что магистр Тенебрис скорее откусит мне голову, чем признается, что сам на меня пялится.

— Замолчи, — рыкнул я, и мой голос эхом отскочил от высоких каменных сводов архива.

Я схватил зеркало за резную раму, готовый швырнуть его в ближайшую стену.

— Можешь разбить меня, Эйдан! — ничуть не испугавшись, крикнул Вернон мне в лицо. — Но правду ты не разобьешь! Твоя паранойя и долг перед короной играют против тебя. Ты влип, Тенебрис. По самые свои драконьи рога. И если продолжишь играть в неприступного военного, то этот слащавый Лоуренс или послушный щенок Дариен утешат твою девочку быстрее, чем ты успеешь сказать «отработка!»

— Хватит! — рыкнул я и, развернувшись, понесся на выход.