Книга Катастрофа для декана, страница 31 – Ханна Леншер

— У тебя все получится! Ты раскроешь крылья и полетишь выше облаков!

Мильна молча кивнула, отламывая мне еще кусок сыра, но позже добавила:

— Тенебрис это тоже знает, дуреха. Поэтому и выжимает все соки. Так что ешь давай. Завтра тебе снова падать в грязь.

Я улыбнулась, чувствуя, как где-то в груди, там, где обычно сворачивался липкий страх, теперь разливается тепло. С такой стаей мне был не страшен даже самый лютый декан.

Глава 11. Эйдан

Большую часть дня я провел в кабинете, обложенный стопками смет на срочный ремонт тренировочных полигонов и бесконечными отчетами ночных патрулей. Вывести идеальную формулу пространственного защитного купола было в разы проще, чем выбить из упрямого казначея академии средства на новые артефакты. Глаза саднило от усталости, но я не мог сосредоточиться на сухих цифрах.

Мой взгляд помимо воли, то и дело скользил поверх бумаг, а мысли упрямо возвращались к ней. К моей персональной, невыносимой сиреневой катастрофе.

Сегодня утром я снова имел удовольствие общаться с лордом Ланаритом. Первый советник короля давил. Ему уже было плевать на методы, его интересовал только результат: скорейшее пробуждение драконьей ипостаси в Ирмине. Он ждал изменений, чтобы с чистой совестью забрать ее в столицу для подготовки к помпезной свадьбе с принцем.

Я соглашался с лордом только в одном: Ирмине жизненно необходимо было как можно скорее познакомиться со своим звериным «я», ее человеческое тело не справлялось с огромным резервом. Мне казалось, что если поставить ее в жесткие условия, то она быстро полетит. Инстинкт выживания должен был сломать этот блок.

Но пока что летали исключительно от нее. Причем в прямом и переносном смысле.

На вчерашнем занятии по стихийной обороне эта девица умудрилась видоизменить структуру простейшего зеркального щита так хитроумно, что он сработал как многогранная призма. В итоге три пульсара, пущенные для стандартной проверки ее защиты, не просто срикошетили, а размножились и превратили половину учебного сектора в идеально выжженную, дымящуюся поляну, а самих обомлевших нападающих ослепили на добрых два часа.

Невинно хлопая ресницами, она стояла посреди этого хаоса целая и невредимая. Но я заметил едва заметную издевательскую ухмылку на губах и за эту откровенную диверсию я приговорил Ирмину к еще одной, дополнительной неделе вечерних отработок в архиве. Понадеявшись, что монотонная работа с пыльными свитками и артефактами сможет усмирить ее пыл.

Откинувшись в кресле, я потер переносицу и бросил взгляд на часы. Пять вечера.

Интересно, она сегодня уже была в архиве?

Я сгреб сметы в ящик стола и быстрым шагом направился в подвал. По пути оправдывая себя перед самим собой исключительно строгим контролем отработки наказания и вредным характером Ланарит, которую требовалось проверить.

Комната встретила меня прохладой, запахом древних фолиантов и тишиной. Кристаллы под потолком светили тускло, зато создавали причудливые тени между бесконечными рядами стеллажей.

Ирмины здесь не было. Вряд ли она пряталась в сундуке или за шторами.

Ее рабочее место пустовало, но на столе стопкой лежали аккуратно переписанные свитки. Как образцовая студентка, она выполнила задание и ушла, Это раздражало даже больше, чем если бы она ничего не сделала и сбежала.