Книга Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии, страница 69 – Наталья Добкевич

— Спокойно, — сказала я себе. — Ты просто идёшь гулять. Ничего особенного.

— Агата, — прошептал Корнелий в голове. — У тебя пульс зашкаливает. Я тут оглохну.

— Заткнись.

— Я тихо. Но я рад за тебя. Правда.

— Спасибо.

— Только не урони пирожки.

— Не уроню.

Дверь кухни открылась.

На пороге стоял Рейнар.

Эльфы мгновенно исчезли. Прямо растворились в воздухе. Я даже не поняла, куда они делись — видимо, у эльфов были свои способы делать это незаметно.

— Привет, — сказал он, и в его золотых глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Привет, — ответила я, вытирая руки о фартук. Дурацкая привычка — при виде красивого мужчины хочется быть приличной, но руки в муке.

Он подошёл ближе.

— Ты сегодня... — начал он и запнулся. — Ты очень красивая.

— Я в фартуке и муке, — усмехнулась я. — И, кажется, у меня ещё и волосы торчат.

— И это красиво. — Он улыбнулся. — Ты всегда красивая. Даже когда злая. Особенно когда злая.

Я почувствовала, как щёки заливаются румянцем.

— Рейнар, ты чего?

— Я хотел спросить, — он сделал глубокий вдох, будто собирался с духом. — Ты сегодня занята?

Я подняла бровь.

— В смысле?

— В прямом. Есть у тебя дела? Расследования, эльфы, трупы, заседания совета?

— Трупов пока не предвидится, — осторожно ответила я. — Эльфы вон разбежались. А совет, кажется, выходной.

— Значит, ты свободна?

— Свободна.

— Я хочу пригласить тебя кое-куда.

— Куда?

— Это сюрприз. — Он улыбнулся, и в его глазах зажглись озорные искорки. — Ты согласна?

Я смотрела на него и чувствовала, как сердце начинает биться быстрее. Прямо как в первый раз, когда он поцеловал меня.

— Согласна.

— Правда?

— Правда. Но если это охота на мамонтов, я пас. И если нужно куда-то лезть и кого-то спасать — тоже пас.

Он засмеялся.

— Обещаю, никаких мамонтов. Никаких спасений. Только ты и я.

— Звучит заманчиво.

— Жду тебя у входа в академию через час. Идёт?

— Идёт.

Он наклонился и поцеловал меня в лоб.

— До встречи.

— До встречи.

Когда дверь за ним закрылась, из всех щелей повылезали эльфы. Бинго вылез из-под стола, Финго — из шкафа, Глимбо — откуда-то с потолка.

— Агата! — заорали они хором. — Вы слышали? Свидание! Настоящее!

— Слышала, — улыбнулась я.

— Собираться надо! — засуетился Бинго. — Финго, тащи платье! Глимбо, цветы!

— Какие цветы?

— Любые! Она же идёт на свидание!

— А корзинка? — вспомнил Финго. — Мы же вчера корзинку приготовили!

— Точно! — Бинго метнулся в кладовку и вытащил оттуда плетёную корзинку, доверху наполненную пирожками. — Вот! Свежие! Тёплые! С мясом, с капустой, с вишней!

— Ребята, — я растерянно смотрела на это богатство. — Вы когда успели?

— Мы всегда успеваем, — гордо сказал Глимбо. — Мы же эльфы.

Я засмеялась и позволила этому урагану закрутить меня.

Через полчаса я стояла перед зеркалом и не узнавала себя.

Эльфы постарались на славу. Платье — простое, лёгкое, небесно-голубое, с вышивкой по подолу — сидело идеально. Волосы Бинго уложил в какую-то сложную причёску, которая выглядела небрежно, но очень красиво. Финго притащил бусы из речного жемчуга. Глимбо сунул в руку корзинку с пирожками.

— Вы чудо, — сказала я искренне.

— Мы знаем, — хором ответили эльфы.

— Агата, — Бинго подошёл и серьёзно посмотрел на меня. — Вы только не волнуйтесь.

— Я не волнуюсь.

— Врёшь— констатировал Корнелий в голове. — У тебя пульс как у колибри.