Книга Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии, страница 67 – Наталья Добкевич

Эльфы переглянулись.

— Тогда что нам делать? — спросил старший. — Без артефакта наш народ погибнет.

Я нахмурилась.

— Почему погибнет?

— Он давал нам силу. Защищал лес. Теперь магия уходит. Мы слабеем.

Я посмотрела на Рейнара. Он кивнул.

— Мы можем помочь, — сказала я. — Не вернуть артефакт, но найти другой способ.

— Какой?

— Я повар. — Я улыбнулась. — Мои пирожки творят чудеса. Может, я смогу испечь что-то, что заменит вашу магию.

Эльфы смотрели на меня с недоверием.

— Пирожки? — переспросил старший.

— Серьёзно, — сказал Рейнар. — Вы не представляете, на что она способна.

---

Следующий час мы говорили.

Эльфы рассказали, что их народ действительно угасает. Лес сохнет, звери уходят, магия иссякает. Они думали, что если вернуть артефакт, всё наладится.

— Артефакт был сердцем леса, — объяснил старший. — Когда его забрали, лес начал умирать.

— Кто забрал? — спросила я.

— Ваши. Драконы. Сто лет назад.

Рейнар поморщился.

— Я тогда ещё не родился. Но я понимаю вашу боль.

— Понимание не вернёт лес.

— Верно, — согласилась я. — Но может, я смогу помочь по-другому.

Я рассказала им о своих пирожках. О том, как они лечат сплин, возвращают радость, дарят уверенность.

— Это не магия в чистом виде, — объясняла я. — Это... душа. Если я испеку пирожки с мыслью о лесе, может, они дадут вам силу.

Эльфы смотрели на меня с сомнением.

— Мы попробуем, — сказал старший наконец. — Если не получится... мы вернёмся.

— Договорились, — кивнула я. — Приходите завтра на кухню. Я испеку для вас.

Эльфы опустили луки.

— Мы уходим, — сказал старший. — Но мы будем следить.

Они исчезли в темноте так же быстро, как появились.

Я выдохнула.

— Ты только что заключила мир с дикими эльфами, — сказал Рейнар.

— А что? — усмехнулась я. — Я повар. Я миротворец.

— Ты невероятная.

— Знаю.

Он обнял меня.

— Идём домой.

На следующее утро я пекла пирожки.

Много. С разными мыслями. О лесе, о жизни, о силе. Эльфы помогали — Бинго, Финго и Глимбо, узнав о лесных сородичах, прониклись и работали с удвоенной энергией.

— Агата, — спросил Бинго, мешая тесто. — А если не получится?

— Получится, — уверенно сказала я. — Должно получиться.

— Корнелий?

— Я верю в тебя, — отозвался лич. — Твои пирожки ещё не такое творили.

В полдень лесные эльфы появились на кухне.

Они вошли осторожно, оглядываясь, держась за луки. Но, увидев горы пирожков, расслабились.

— Это всё нам? — спросил старший.

— Всё, — кивнула я. — Берите. Пробуйте.

Они ели.

Сначала осторожно, потом жадно. Их лица менялись — становились спокойнее, светлее.

— Это... — прошептал молодой эльф. — Я чувствую лес.

— Он живой? — спросил старший.

— Живой. Тёплый.

Эльфы переглянулись. Старший подошёл ко мне.

— Ты спасла нас, — сказал он. — Мы в долгу.

— Не надо долга, — улыбнулась я. — Просто живите. И не воруйте больше.

Он усмехнулся.

— Договорились.

Они ушли, унося с собой пирожки.

— Агата, — сказал Рейнар, который всё это время стоял в углу и наблюдал. — Ты только что подружилась с лесными эльфами.

— А что? — я вытерла руки о фартук. — Я повар. Я всех кормлю.

— И миришь.

— И мирю.

Вечером мы сидели на кухне.

Рейнар пил чай, я доедала последние пирожки. Эльфы ушли спать, утомлённые днём. Было тихо и уютно.

— Агата, — сказал Рейнар. — Ты знаешь, что сегодня произошло нечто важное?