Книга Под звездным дождем, страница 3 – Макс Рейн

Вика осторожно просунула голову в дверной проем. Прямые шоколадные волосы ее рассыпались по плечам, зеленые глаза посмотрели по сторонам.

— Ты с кем это разговариваешь? – настороженно спросила она.

— Да так, – Соня что-то невнятно пробубнила. – Выходи уже, Вик. Пошли вниз.

— Вниз, вниз… Скажи, что надеть-то?

— Да что угодно, Вик, это деревня, сельцо. Тут, кроме быков и свиней, мало кто на тебя посмотрит. Хотя нет, козлы еще есть, – припомнила она.

— Да ну тебя, а Милан тебе что…

— Что-что… Милан и подавно не посмотрит, сколько раз я тебе говорила. Он только на схемы и задачки смотрит, ну и на Марию свою иногда. Пойми же, Милан у нас однолюб, еще в первом классе влюбился в эту свою Марию Бенкович и обещал на ней жениться. Они даже ни разу не ссорились с тех пор…

— Мария, Мария… Что ты заладила? Где ты видела, чтобы школьная любовь переходила во что-нибудь серьезное, – Вика театрально закатила глаза. – Все это ерунда, – махнула она рукой, – просто ему другая еще не попалась, более предприимчивая.

— Такая, как ты, что ли? – подтрунивала над ней Соня.

— Не такая, как я, а я. Только брать его надо сейчас, горяченького, понимаешь, пока до института не дошел. Там Марии куда более опасные, – со знанием дела подметила Вика.

— Тебе виднее, – хихикнула Сонька и тут же добавила: – У тебя ровно две минуты, потом я уйду.

— Ну нет, мне выбрать нужно…

— Две минуты, – перебила Соня Вику и закрыла руками уши. – Время пошло!

— Окей, ладно… – недовольно буркнула девочка. – На фига я, спрашивается, сюда ехала и все это барахло с собой тащила? Если даже одеться времени нет… – Вика горько вздохнула, глядя на аккуратно развешанные в шифоньере^[1] вещи.

Милан – двоюродный брат и ближайший друг Соньки. В детстве они проводили много времени вместе. Мама Сони и папа Милана были двойняшками, да такими – не разлей вода.

И хотя Горан, папа Милана, и Катерина, мама Сони, жили в соседних странах, они регулярно созванивались, ездили друг к другу на праздники, а лето Милан проводил в селе у Серафимы Пантелеймоновны.

Сонька с Миланом, как и их родители, были связаны особыми узами. Только ему Сонька могла доверить свои самые сокровенные тайны. Вике что ни скажи, все равно сболтнет. А Милан надежный, его хоть пытай.

А еще Милан был красив: зачесанные назад темные вьющиеся волосы открывали правильные черты лица под тонкой оправой очков. Задумчивый взгляд его ярко-голубых глаз заставлял сердца девчонок биться быстрее. Высокий, хорошо сложенный, он казался старше своих лет. Милан был серьезно увлечен техническими науками, и никто, кроме него самого, не удивился, когда он с легкостью поступил на физмат.

Вежливый, всегда отзывчивый и не гнушающийся любой работы Милан был всеобщим любимцем. Его уважала даже Серафима Пантелеймоновна, известная своим непростым нравом. Она его ценила и позволяла, как она выражалась, «бездельно читать», но в сердцах жалела, что такой парень за книжками гибнет.

— В военное ему надо, – сокрушалась бабка. – Характер и дисциплина у него – во! – говорила она, выпятив большой палец. – А ответственный какой… Вот из кого получится генерал, – но тот о военке и не думал, ему даже служба в армии не грозила с его астигматизмом.

Для Милана каждая поездка в село была приключением. Там была Сонька, а с ней не соскучишься, та еще егоза. Думая о своей младшей сестренке, Милан невольно улыбался. Сонька… Сонька чего только не придумает! То на забор залезет, а слезть не может. Он кричит ей: «Спускайся вниз!» А она: «Высоты боюсь». «А лезла зачем?» – спрашивает он. – «Отсюда вид красивый!» Вот что тут скажешь? Приходилось забираться на забор и спускать ее на себе.