Книга Под звездным дождем, страница 131 – Макс Рейн

Они вышли из кофейни и спустились на набережную, ведущую к Сонькиному дому. Майское солнце еще не вошло в полную силу, оно грело ласково. Легкий освежающий ветерок дул с могучей реки, развевая Сонькины волосы. Шли они молча, неспеша, бесцельно глядели вдаль, и думали каждый о своем. Недалеко от Сонькиного дома стояла церковь. Прихожане толпились возле ворот и ожидали начала службы.

— Зайдем? – неожиданно предложил Мухинский. Сонька удивилась, но виду не подала. Она часто бывала здесь с матерью, но не думала, что церковь посещают агенты спецслужб.

Мухинский толкнул перед Сонькой тяжелую дверь, и они оказались в притворе храма. Девушка, знающая обряды, достала из картонного ящичка косынку, предназначенную для прихожан, и повязала вокруг головы. Константин стоял на кассе и покупал свечки. В церкви пахло ладаном и воском. Сонька обожала этот запах и готова была вдыхать его снова и снова. Когда Мухинский подошел, она взяла у него свечку и направилась к иконе пресвятого Николая Чудотворца. Она приходила к ней перед каждым школьным экзаменом, в печали и радости и просто так. И всегда уходила с умиротворенным сердцем. Сонька встала перед иконой. Тихая и смиренная, она смотрела огромными молящими глазами на чудотворца и быстро шептала. Константин с неподдельным интересом наблюдал за ней. Его удивляли верующие люди. Эту людскую забаву он никогда не разделял. Старлей в Бога не верил с самого детства, как-то не задалось… Он помнил, как бабка таскала его мальчишкой в церковь и заставляла молиться во время службы. Он зло смотрел по сторонам и молил Бога только о том, чтобы служба скорее закончилась. Бабка, видя такое отношение внука к святому, дергала его за рукав или давала подзатыльник.

— Ничего, – приговаривала она. – Бог наставит и пастыря приставит.

Чуда не произошло, видно Богу Мухинский был неугоден.

Сонька поставила свечку, трижды перекрестилась и вышла из храма. Уже возле подъезда она не удержалась и спросила:

— А зачем вы вообще в церковь пошли?

— Как зачем? Чтоб Бог был с нами, – серьезно ответил он.

Она внимательно смотрела на него, раздумывая, сказать или нет, и все-таки произнесла:

— Моя бабушка говорит: «Не ищи Бога в церкви, просто позволь ему войти в твое сердце и поселиться в нем». Попробуйте в следующий раз, – и она смущенно отвернулась.

— Ой, кстати, – заговорил он, – чуть не забыл, я тебе крестик купил, освященный, сказали, – он достал маленький серебристый крестик на плетеном шнурке и положил Соньке на ладонь.

— Надень его и не снимай, он тебя защитит.

— Спасибо, но у меня свой есть, – и она показала висящий на шее крестик.

— Так твой золотой, скорей всего, отберут… Лучше этот надень.

— Ладно, – не стала спорить она.

— Ну что же, до вечера.

— До вечера, – крикнула она, скрываясь за дверью подъезда.

Альфа сидел в штабе и в сотый раз докладывал Центру о тяжелом положении батальона. Ответ был неизменным: «Вопрос решается. Держитесь. Уже недолго». Альфа обреченно смотрел на аппарат, откуда исходил голос. Такой внутренней опустошенности он еще не испытывал. Двое суток бойцы батальона «Буря» перебирались в новые, менее глубокие укрытия промзоны, чтобы хоть на время укрыться от летящих снарядов. Продукты заканчивались, уверенность и силы – тоже. Готовые в любой момент вступить в бой, голодные (зная, что при ранении в живот после еды редко кто выживает), бойцы тихо сидели и накуривались до одури.