Книга Под звездным дождем, страница 110 – Макс Рейн

— Спасибо, в горло ничего не лезет. Сыта, блин, по самые гланды.

— Сонь, мы все оказались к этому не готовы. Там на юге у многих родственники. Крышу срывает даже у адекватных, а в нашем классе и раньше-то не ахти какие адекваты были.

— Да плевать на них с высокой башни, если честно. Мне просто и без них тошно.

Сонька подумала, что в таком настроении, наверное, начинают курить. Когда на душе мерзко, то отчего-то хочется сделать себе еще хуже. Сигарет у нее не было. У Кирилла были. Но он бы ее по рукам отшлепал. Невозможно не думать о нем. Что с ним сейчас?

— А гороскоп обещал нам удачный год, – вздохнула Вика.

Соня встала.

— Пошли, холодно.

И девочки поплелись домой.

Дома принимали гостя. Катерина хлопотала на кухне, отец громко разговаривал с бывшим одноклассником Юрой, который 10 лет назад уехал в Мексику и с тех пор впервые вернулся на родину. Лица у мужчин были раскрасневшиеся и веселые. Они пили водку, закусывали разносолами и беззаботно смеялись.

— Ох уж эти хрустящие соленые огурчики, – покряхтывал от удовольствия Юрка. – Узнаю руку мастера, фирменный рецепт Серафимы Пантелеймоновны! Объедение.

— Я ей обязательно передам твои слова.

— Вот этого не надо, – вдруг посерьезнел Юра и поднял руки вверх, как бы сдаваясь. – Последний раз, когда я ей что-то сказал, получил звездюлей, еще и подхалимом обозвала.

Они дружно рассмеялись.

— Помню, – вытирая выступившие слезы, сказал отец.

— Как она там?

— Да как в анекдоте! Доктор, у меня одышка. А когда именно она у вас бывает? Когда я бегом догоняю трамвай!

Друзья захохотали с еще большей силой.

— А ее не коснулась эта заваруха?

Николай тяжело вздохнул.

— В деревне тихо пока. Я ей говорю: «Че ждать пока гром грянет? Давай сюда». А она… Никто, говорит, нас не тронет. Не посмеют, – он безнадежно махнул рукой.

— Ну-ка, амигасы, к столу, ишь надумали, аппетит перед едой портить!

— Ой, какой запах, – вскочил Юрка. – Катька, неужели пельмени?

— Они самые! Как услышали, что ты едешь, сели с Сонькой лепить. Перченые, как ты любишь. И с лаврушечкой, конечно. Короче, гребите на кухню! Потом еще рыбу вам пожарю.

— Эх, – счастливо улыбаясь, сказал Юра, семеня по коридору мимо прикрытой двери Сонькиной комнаты, – Коля-Коля, завидую я тебе! Всю жизнь жену, как твоя Катька, ищу! Да где ж там! Ухватил ты себе единственный экземпляр.

Катерина залилась звонким смехом, как девчонка, даже покраснела от смущения. Соня удивилась и отвлеклась от своих мрачных мыслей, так давно не слышала этот смех. Ну, как, давно? С того самого дня. Сто лет назад.

— Сонька! – позвала мать. – Давай тоже сюда!

Они сидели за столом, и с нескрываемым наслаждением ели сочные пельмени. Юрий вежливо расспрашивал Соньку про учебу, а потом наперебой с отцом рассказывал курьезные истории из жизни. Катерина подкладывала ему добавки, он ел и ел, с искренним чувством рассыпаясь в комплиментах. Она сидела довольная и счастливая.

Было очень поздно, когда Сонька ушла в свою комнату, чтобы лечь спать, но сон не шел. В гостиной продолжали пить и громко спорить.

— Коля, да все говорят, что ничего Южане не смогут сделать – это дурь, – услышала Сонька, уже лежа в постели. – Ну, весь мир смеется над ними, ей-богу.

— Кто, – гремел отец, – кто это говорит? Клянусь Богом, тот, кто ни дня не прожил на юге! Юрка, они там знаешь какие? Не вернет Ратья их назад, помяни мое слово.