Книга Рецепт: как вернуть любовь, страница 120 – Саша Вандэр

Полина нахмурилась, пытаясь переварить полученную информацию.

— И что это даёт? – спросила она. – Если я знаю, что от большего количества муки пирог становится суше, поможет ли это мне понять, сколько муки было в самом начале?

— Именно в этом и загвоздка! – воскликнул я, почувствовав прилив энтузиазма от её вопроса. – Ты можешь знать, что чем больше муки, тем суше выпечка, но это не раскроет тебе изначальное количество. Представь: в одном случае в рецепте уже было много муки, и это повлияло на текстуру. А в другом – муки было совсем мало, и даже небольшое её добавление могло кардинально изменить консистенцию. Вот эта неопределённость, это «сколько было в самом начале», и есть константа интегрирования.

— Кажется, я поняла, – задумчиво кивнула Полина головой.

— Позже проверим на практике, – ответил я.

После сытного обеда я решил попробовать объяснить Полине, что такое интегралы, максимально доступно. Она слушала с большим вниманием, задавая вопросы, чтобы лучше понять суть. Когда Полина почувствовала, что на сегодня информации достаточно, я попросил официанта принести счёт. Она тут же полезла в свою сумку, достала банковскую карту и протянула мне. Я удивлённо поднял бровь.

— Поля, убери, – сказал я. – Я сам заплачу.

— Но… – начала Полина, собираясь возразить.

— Я пригласил тебя на обед, так что это моя забота, – закончил я.

Я взял счёт у официанта, быстро пробежался глазами по сумме и приложил свою карту к терминалу. Полина продолжала смотреть на меня, и в её глазах читалось лёгкое недоумение.

— В следующий раз я угощаю, – сказала она.

— Договорились, – ответил я с улыбкой.

Мы вышли из кафе, и я предложил Полине подвезти её до дома. Она согласилась. Пока мы шли к машине, я думал о том, как легко и приятно мне было в её компании. Подъехав к её дому, Полина повернулась ко мне и сказала:

— Спасибо за обед и за попытку объяснить интегралы. Даже если я их пока не совсем поняла.

— Всё ещё впереди, – ответил я. – И спасибо тебе за то, что составила мне компанию.

Она вышла из машины, помахала мне на прощание и скрылась в подъезде. Я поехал домой, чувствуя себя невероятно счастливым.

* * *

Уже целую неделю мы с Полиной проводим время вместе над изучением производных и интегралов. Наши занятия проходили в самых разных локациях: от книжных полок библиотеки до столиков в кафе, а иногда мы даже умудрялись урвать свободную аудиторию. Время с ней летело так быстро, что каждый раз, когда приходилось прощаться, я чувствовал лёгкую грусть. Наблюдать, как она легко усваивает всё, что я ей объясняю, наполняло меня гордостью. Но когда я проверял её тетрадь, мне было сложно сосредоточиться. Меня неудержимо тянуло к ней, и в такие моменты ловил себя на мысли, что просто хочу её поцеловать. Но я держал себя в руках. Однако наши занятия омрачал один человек. Мирон. Он постоянно крутился вокруг Полины, и стоило нам остаться с ним наедине, как он начинал вести себя агрессивно, намекая, чтобы я держался от неё подальше.

Однажды, когда мы сидели в библиотеке, Мирон подошёл к нашему столику и нарочито громко спросил Полину, не пора ли ей домой. Она смутилась и посмотрела на меня виноватым взглядом. В такие моменты внутри меня закипала злость. Но я не хотел устраивать сцен и ставить Полину в неудобное положение. В глубине души понимал, что Мирон был преградой между мной и Полиной, и мне нужно было что-то с этим делать.