Книга Дочери маяка Птичьего острова, страница 12 – Кристи Барлоу

Звякнул телефон – пришло сообщение от Клемми.

Я созвала народ на твой урок. Угадай, кто сейчас заходил в кондитерскую!

Дилли догадывалась. Значит, Макс все еще на острове. Это приятно.

Не успела она ответить, пришло еще одно сообщение – на этот раз от Амелии.

Клянусь, я только что видела нашего студенческого краша!

Он прошел мимо магазина.

Мистер Харрингтон. Помнишь его?

О, Дилли помнила! Для нее мистер Харрингтон был не просто увлечением. Лучшим подругам она об этом не рассказывала: было неловко признаваться в неуместном чувстве к преподавателю, к тому же женатому. Никто, кроме дневника, не знал о ее тайной страсти.

Макс был безумно привлекательным и во всех отношениях идеальным. Ровесники Дилли, забавы ради гоняющие на тачках по ночному городу, безнадежно проигрывали в сравнении. Он был взрослым, стильно одевался, умел поддержать умный разговор и обожал живопись. Макс, как настоящий профессионал, никогда не позволял себе двусмысленности, что не мешало Дилли время от времени мечтать о поцелуе.

Улыбаясь над сообщением Клемми, Дилли размышляла – признаться или подыграть. Остановилась на втором.

Даже не знаю. Расскажи!

Ответ пришел мгновенно.

Секси мистер Харрингтон!

Все так же хорош.

Дилли с улыбкой напечатала:

Припоминаю.

Его не забудешь! Как выходной?

Солнышко светит, пойду рисовать к пристани.

По дороге Дилли решила забежать в кондитерскую за любимым папиным лакомством – шоколадным печеньем.

Пару часов спустя с сумкой кистей, красок, мольбертом и складным стулом под мышкой она направлялась к пристани – через кондитерскую. Оставив вещи у ограды, зашла в открытую дверь – ни одного свободного столика!

— Вижу, бизнес процветает? – окликнула она подругу.

Клемми обернулась.

— Грех жаловаться, но сегодня с утра не продохнуть. Солнечная погода привлекает толпы людей.

— Ты сама виновата – у вас слишком хорошая репутация.

— Верно… – улыбнулась Клемми. – Итак… – Она многозначительно подняла бровь. – Мистер Харрингтон в наших краях. Ты ведь его помнишь?

Клемми отерла руки о фартук. Дилли указала на шоколадное печенье под стеклянным колпаком на прилавке.

— Мистер Харрингтон?.. – с притворным замешательством спросила она.

— Ты серьезно? Твой красавчик препод из колледжа! Мы еще следили за ним, чтобы узнать, где он обедает. Дежурили у кафедры живописи, чтобы лишний раз на него взглянуть и…

— Ах, мистер Харрингтон… Кажется, припоминаю. Он по-прежнему красавчик?

— Ничуть не постарел, все так же очаровательно небрит. А глаза! Утонуть можно.

Клемми, заговорщицки оглянувшись, поманила подругу пальцем.

Дилли склонилась ближе.

— Что за страшная тайна?

— Я кое-что заметила.

— И что же?

— Он больше не носит обручальное кольцо! – заявила Клемми, расширив глаза и прижав для убедительности руку к сердцу.

Дилли нашла этот факт чрезвычайно занятным, упрекнув себя за то, что не обнаружила его сама.

— Может, он снял кольцо, когда купался в море, – предположила она вслух.

— …или он больше не женат! – стояла на своем Клемми.

В колледже все они, разумеется, гуглили миссис Лидию Харрингтон. Она была из семьи пластических хирургов, владеющей элитной клиникой для богатых и знаменитых в предместьях Котсволдса. Если верить гуглу – одна из самых богатых семей Соединенного Королевства. За первые пару лет брака с Максом Лидия совместно с родственниками открыла еще две клиники – одна из которых находилась в Нортумберленде, в пригороде Си-Энда – ближайшего к Птичьему острову города. Дилли никогда не задумывалась о пластической хирургии сама и сомневалась, что кто-то в Си-Энде или окрестностях заинтересуется предложением. Клемми тогда справедливо заметила, что клиенты будут приплывать на паромах, как туристы, на Птичий остров, а значит, Лидию ждет большой успех.