Книга Сорванная свадьба. Люблю тебя до неба!, страница 86 – Виктория Волкова

Ленка столько делает для людей. Стольким помогает. Почему украли именно ее? И кому было бы выгодно ее исчезновение?

— Ну кому? – усмехаюсь криво. И снова звоню Егору. – Поставь на контроль телефон Оксаны Петровны, – велю коротко, а сам в ужасе прикрываю глаза.

Неужели Оксана? Только ей одной выгодно. Ленка пропадет, а эта змея подколодная опять вползет в мою жизнь.

— Ты где сейчас? – звоню бывшей.

— Дома. С мамой, – весело отзывается она. И голос такой счастливый, такой веселый, что у меня еще сильнее крепнут подозрения. И звонила она вчера. Пыталась скандал устроить.

— Хорошо, – рычу в трубку и добавляю, стараясь сдержаться. – Что ты хотела?

— Мальчиков повидать. Я соскучилась.

— Будут тебе мальчики, – обещаю предельно честно и звоню Соколову. – Вадим, у меня бывшая под подозрением. Если есть хоть малейшее соприкосновение с похитителями, закрывайте.

— Боюсь, ты прав, – вздыхает тот. – Проверили за вчерашние сутки симки, находящиеся рядом с похитителями, показало одно место. Кафе «Причал».

— То есть после похищения исполнители встречались с Оксаной? – бросаю яростно и добавляю поспешно. – Берите. Ко мне эта женщина не имеет никакого отношения.

Да даже если бы и имела! Сжимаю кулаки и чуть не вою от бессилия.

Как Оксана вышла на бандитов и террористов? Как?

— Олег Иванович, диагностика закончена. Елена Васильевна уже отдыхает, – заглядывает в кабинет Гавриловна. Выдергивает меня из размышлений.

— Где она? Проводите, – подрываюсь с места.

Вслед за полной женщиной в белом халате иду по пустым коридорам. Спускаюсь по лестнице и попадаю в Ленкин флигель.

Твою ж мать! По улице было бы быстрее обойти.

— Как ты? – сажусь рядом с женой, лежащей на разобранном диване. – Почему в палате не осталась?

— Вот еще! Мне тут спокойнее. Не хочу рожениц пугать, – фыркает Лена. – Голова поболит и перестанет, – недовольно морщит нос.

— Что там? – беру с журнального столика результаты исследований. – Сотрясение мозга. Ушиб мягких тканей.

— Ничего особенного, – слабо улыбается жена и словно тает у меня на глазах.

— Что с ней? Помогите! – кричу в панике.

— Все под контролем, Олег Иванович, – успокаивает меня Гавриловна. – Невролог уже осмотрел. Сильное сотрясение мозга. Нужен покой, – выговаривает она мягко и неожиданно хватает меня за руку. – Пожалуйста, найдите этих уродов! Они не должны ходить по земле!

— Ищем. Не беспокойтесь. Всех найдем, – легонько хлопаю по плечу старую медсестру. И поворачиваюсь к Лене. – Я сейчас уеду в контору. С тобой кто останется? Надо сиделку какую-то…

И уже жду отповеди в стиле «Мне ничего не надо».

— По просьбе Елены Васильевны я позвонила Кате. Она уже едет, - докладывает Гавриловна.

«Катя, твою мать! Снова Катя!» – сжимаю кулаки в ярости.

— Лен, может, зря? Катя с детьми осталась, вроде, – опускаюсь перед любимой на колени. И пофиг, что смотрят. Мне все равно.

— Катя вызвала наших мам. Дождется их и приедет сюда. Мне с ней спокойней, Олег, – тихо тянет Лена. Кладет мне на темечко слабую руку. Пальцы бегут по ежику волос. Потом опускаются вниз, к шее.

Перехватываю ладонь. Целую каждый пальчик и шепчу порывисто.

— Ты у меня боец, Ленка. Самый настоящий боец.

— Я тебя ждала, – хватает мою ладонь обеими руками и целует порывисто. – Слава богу, ты успел! – всхлипывает жалостно. И меня снова пробирает до костей.