Книга Сорванная свадьба. Люблю тебя до неба!, страница 10 – Виктория Волкова

Потом проходило полгода или год, междоусобные войны заканчивались. Альберт прилетал за нами. Клялся, что это в последний раз. А потом все повторялось с ужасающей регулярностью. Вот только после Сеула не обманул. Тот побег оказался действительно последним. Мужа убили в собственном кабинете за два часа до вылета к нам. Мир рухнул. И мне пришлось выстраивать его заново.

Но Олегу знать об этом не обязательно.

— Операцию назначим на среду, – помечаю у себя в ежедневнике. – Вас устраивает?

— Да в любой день, лишь бы поскорее, – бубнит он. Трет переносицу, соображая. Я эти Плеховские фокусы знаю.

— Раньше не получится. Надо анализы сдать и препараты купить…

— А у тебя нет? – обводит Плехов выразительным взглядом мой кабинет.

— Есть. Но не все, – поясняю кратко. – Да и зачем тебе платить наценку? Я дам тебе список. И скажу, на каком складе все можно закупить. Отправишь кого-нибудь…

— Спасибо, – кивает он. – Слушай, а что еще с меня требуется? Давай обговорим все условия.

— Да их немного. Список тебе сейчас дадут, – улыбаюсь Гавриловне, вплывающей в кабинет с подносом. – Анестезиологу надо будет заплатить, сиделкам. Но это все тебе Денис скажет.

— А ты? Твои услуги? – напирает Олег. – Может, мне занять придется, – усмехается криво.

— Я с тебя ничего не возьму, – заявляю категорически.

— Это еще почему? – тянет он изумленно. – Или ты вообще не берешь за операции?

— Когда как, – пожимаю плечами. – У нас клиника частная. Кто может, платит. У кого денег нет, приходит по направлению, – замечаю негромко. – С тебя я ничего не возьму, Олег. Считай, по-родственному…

— В смысле? – удивляется он.

— Твоя мама мне не чужая. Мы с ней хорошо общаемся. Да и жили мы с тобой по-соседству, – добавляю аккуратно, стараясь не забежать на минное поле.

— Спасибо, Лен. Ты – святая, – в сердцах произносит Плехов. – Если что понадобится, только скажи. А еще знаешь что, – мнется, но все-таки решается сказать. – Она бы, – кивает на копию истории болезни. – Она бы по полной содрала.

— Так я не она, – отрезаю резко. И сама себя виню за горячность и обиду.

— Так, вот это и это у нас есть. Не покупай, сами дадим. Вот контактное лицо. Галина Ивановна. Ей позвонишь, скажешь, что от меня. Она все тебе отгрузит в лучшем виде, – водит ручкой по списку с лекарствами Лена. Рассказывает все подробно, как малышу.

Но, видимо, это привычка такая. Да и мне уходить не хочется. Вдыхаю родной запах, вглядываюсь в точеные черты лица, и в груди разливается счастье. Слушаю и ничего не слышу. Смотрю на тонкие пальцы с бесцветным маникюром. Инстинктивно пялюсь на грудь. Все такую же высокую и соблазнительную.

И моментально вспоминаю наши свидания в сарае. Ленка сидит в позе лотоса в одних трусах. Что-то щебечет пританцовывая. Сиськи словно упругие мячи прыгают в такт. А я, обхватив ее за талию, опрокидываю на импровизированную постель. Расстеленное на соломе покрывало, спертое мною у матери и подушка, которую Ленка умыкнула у своей. Хватаю губами розовый сосок…

— Олег, - возвращает меня в реальность строгий голос любимой. – Ты меня слушаешь?

— Прости, задумался, - тру голову. А самого распирает от желания. С Оксаной у нас давно ничего нет. С девчонками молодыми приходится иногда глотать виагру. А тут здрасьте-пожалуйста! Болт в одну минуту вверх подорвался, стоило только вспомнить. Взрывоопасная ситуация. Я еще со стояком в общественном месте не светился.