Книга Моя по праву, страница 109 – Виктория Волкова

— А любовь? – интересуюсь глухо.

— Марк… Он прав, – глухо останавливает мужа Галина. – Влада должна сама…

Невестка плачет, осекаясь на полуслове. Зажимая в руке платок, утыкается носом в подушку. Сердце рвется на части. Галка мне не чужой человек. Но Влада ближе. И клянусь, за нее я вцеплюсь в горло любому.

— Все будет хорошо. Но не сразу, – вангую с предельной осторожностью. Сейчас главное сбавить накал и увезти семью в Питер. Приставить охрану и докопаться до истины.

Как по минному полю хожу. Но оно того стоит. Вся жизнь стоит на кону.

— Да-да, я все понимаю, – болванчиком кивает Галина. Утирает слезы бумажной салфеткой.

— Шеф, тебе лучше послушать, – доносится от двери голос Тимура. А затем в приоткрытую дверь просовывается лысая голова.

— Что там?

— Поет, – небрежно кивает на стену гостиной мой безопасник.

— Потом ознакомлюсь с материалами дела. Или сам расскажи.

— Да-да, Тимур Айратович, – кивает брат, напуская на себя тонну радушия.

Но Тимурчика долго просить не надо. Решительно входит в комнату и на мгновенье теряется, увидев встрепенувшуюся Галку.

Дескать, при посторонних неудобно. А при женщине тем более.

— Докладывай, – роняю спокойно. – У меня от семьи секретов нет.

— Если коротко, – вздыхает Тимур, подбирая слова.

А я почему-то вспоминаю, когда он только пришел ко мне работать. Матерщинник был знатный. Еле отучил. Но в минуты повышенного стресса моего безопасника все равно пробивает. Как говорится, старого ослика новым трюкам не выучишь.

Вот и сейчас специально тянет, мысленно матерясь. Не было б Галки, мы бы сейчас услышали трехэтажные эпитеты.

— Экономка состояла в связи с Фирсовым. Она призналась.

— Подумаешь, новости, – морщится Марк. – Это и так всем известно.

— Он – внебрачный сын какого-то старика и все хотел, чтобы папаша его признал. Или хотя бы упомянул в завещании. А дед это упертый все по-своему сделал… – продолжает докладывать Тимур.

— Завещание Долгополова мне. Быстро! – рычу, перебивая.

— А что оно даст, Славочка? – глухо интересуется Галка.

— Сдается мне, Фирсов ваш и моя Влада – родственники. Брат и сестра по отцу… Только непонятно, почему эта мразь решила устранить Владу, а не законных детей Долгополова?

— Много вопросов, – растерянно чешет лоснящуюся репу Тимур.

— Работайте, – бросаю строго. И как только он выходит из комнаты, обращаюсь к родственникам.

— В целях безопасности мне придется на время увести Владу и сына. Это понятно?

Галка растерянно кивает. Но не может сдержать слез. Те катятся по впалым загорелым щекам. Но невестка словно не замечает их. Лишь отбрасывает назад черные волосы и умоляюще смотрит на меня.

Картинка еще та, чтоб я сдох!

— Это же ненадолго, правда?

— Как получится, Галь, – выдыхаю тяжело. – Но в любом случае, Влада оттает. Она любит вас с Марком как родных.

— Да-да, конечно, – поспешно соглашается невестка, сгорбившаяся от горя. – Но ты же поможешь нам помириться? – спрашивает с надеждой.

— Да вы и не ссорились, – усмехаюсь криво. – Это первая реакция, Галь. И вполне естественная…

Но в тот момент мне даже не приходит в голову, как я ошибаюсь.

«День, другой и Влада сама прибежит к Черкасовым», – думаю я, поднимаясь по лестнице.

Но уже в самолете понимаю, что у моей зайчоны шок и он пройдет не скоро.