Книга Его отец. Выжить после развода, страница 48 – Виктория Волкова

— Воспитание, конечно, ужасное, — вздыхает тяжко старуха и добавляет самодовольно. — Но Бобровская порода чувствуется. Думаю, мы справимся.

«Лучше б я вас знать не знала», — чуть не срывается с языка. Но я молчу. Прижимаю Дашку к себе и мысленно заклинаю ничего не говорить про поездку в город и детский сад.

— Мы днем собираемся на шопинг, — как ни в чем не бывало заявляет Александра. — Оставишь Дарью с Татьяной или возьмешь с собой. Может, тебе и няня понравится…

«Не будет никаких нянь. И совместного шопинга не будет. Вы мне точно не друзья!» — думаю, прикусив губу, а вслух не успеваю и слова сказать, как Инна возвращается с украденным.

— Спасибо, — забираю файл и ключи. — Мы пойдем на детскую площадку, — предупреждаю мимоходом.

— В таком виде?! Хватит нас позорить, София! — несется мне в спину возмущенный вопль Александры

— Да пусть идет, мам. С ней там никто разговаривать не станет, — фыркает Инна.

Но я не слышу. Подхватив Дашку на руки, иду обратно по коридору. Поднимаюсь в комнату за нашими куртками и сумкой. Выдыхаю.

А потом чинно спускаюсь по лестнице.

— Мы на детскую площадку, — улыбаюсь охране.

— Петр Николаевич велел вас проводить, — заступает мне дорогу незнакомый щуплый мужчина.

— Нет, мы сами, — мотаю головой.

— Не велено, — вздыхает мужик и вызывает по рации шефа.

И когда из своего кабинета выходит красный как рак Проскурин, спрашиваю печально.

— Мы тут под домашним арестом, Петр Николаевич?

— Нет, София. Можете идти. Только дальше площадки не уходите, пожалуйста.

Детскую площадку мы с Дашкой находим быстро. Благо она в том же квартале, что и дворец Бобровых.

Большая территория по периметру украшена деревцами и клумбами. Само покрытие — прорезиненное. Если ребенок упадет, то даже шишки себе не набьет.

Горки, песочницы, качельки — все продуманное и безопасное.

— Мамоська, я на голку! — пищит от восторга Дашка и бросается к сооружению, напоминающему инопланетный корабль. С каждой стороны отходят прозрачные горки-трубы. По бокам никелированные лестнички, сверху флажки.

В телефоне уже пиликает сообщение от Ильи.

«Мы подъезжаем. Машина, номер… К тебе сейчас подойдет моя девушка. Зовут ее Милена. Изобрази радостную встречу и иди с ней. Следуй ее инструкциям. Я за рулем».

А следом падает фотография красивой женщины лет сорока. Ее лицо кажется мне таким знакомым. Нет, я ее точно знаю. Вот только откуда?

Дашка взбирается наверх, оттесняет в сторону какого-то мальчика и весело скатывается на попе.

А со стороны уже слышатся недовольные возгласы.

— Чья это девочка?

— Откуда она взялась?

— Вы видели, она Никиту толкнула?

— Что случилось? — подхожу ближе. — Даша никого не толкала. Да, пролезла вперед. Но это же дети, — улыбаюсь вечным девушкам в брендах.

— Ты вообще кто? Где работаешь? — воинственно поворачиваются они ко мне.

Можно ответить, объяснить. Но на меня после скандала с Александрой находит бешеное спокойствие.

— Я — логопед. Софья Александровна Боброва. Работаю в гуманитарной гимназии, — отвечаю по формальному признаку. Какой вопрос, такой и ответ. Извините. — Можете записаться на прием. У вас ребенок картавит. Еще можно исправить, — включаю профессионала.

— Боброва? — во все глаза смотрят на меня девицы. — Небось, дальняя родственница Александры?