Книга Прощай! Люблю тебя до неба!, страница 102 – Виктория Волкова

— У мужчин только работа на уме, — берет меня за руку Лиля. А я, обернувшись, смотрю на мужа. Сталкиваюсь с ним взглядом. И чувствую, как хочу его. Вот этого мужчину в белой рубашке, расстегнутой на груди.

С Олегом мне так голову не сносило.

— Молодоженов сразу видно, — улыбается мне Лиля. — Но для нас ваша свадьба стала неожиданностью. Альберт пригласил нас на пятнадцатое сентября. Но мне хочется узнать подробности. Вы давно встречаетесь?

И тут меня прорывает.

— Нет, сразу поженились, — делюсь ужасом последних дней. — Представляешь, он меня предал…

— У нас была аналогичная история. Я собиралась замуж за другого. За правильного мальчика. А Иштвана считала просто одноклассником. И замуж вышла больше из безысходности. Но ни на минуту не пожалела. Мне кажется, у тебя та же ситуация, Алена. Альберт — надежный как скала. Он взрослый и понимает, что нужно женщине. Он сделает тебя счастливой, как меня Иштван. Даже не сомневайся.

— Да, я согласна. Альберт — настоящий мужчина.

«Не то что некоторые», — добавляю про себя. Смотрю на синюю гладь моря, на красивую Лилю Цагерт с бокалом мохито, перевожу взгляд на наших мужей, выходящих следом. И даю себе слово больше никогда не вспоминать об Олеге.

Он недостоин!

К себе мы поднимаемся поздно вечером. Голова кружится, меня тошнит, а в глазах вертолеты летают.

— Иди ко мне, — велит Альберт, раскинувшись в кресле.

Сажусь на колени к мужу. Провожу ладонью по гладкой накачанной груди.

— Весь вечер хотела это сделать, — признаюсь и внезапно закрываю рот рукой.

Бегу в ванную, где меня выворачивает наизнанку.

— Что с тобой? — влетает следом Альберт. — Ты отравилась?

— Да, наверное, — киваю, а у самой от озноба зуб на зуб не попадает. — Сильная интоксикация.

— Сейчас повара выдеру, — рычит муж, но я прошу, прислонившись к стенке.

— Лучше дай лекарство. И принеси воды, пожалуйста.

— Сейчас, детка, — спохватывается он. — Что-то я растерялся, Аленушка…

Муж вылетает из спальни. Во весь голос зовет Алису.

Полощу рот, вытираюсь белоснежным махровым полотенцем. Возвращаюсь на ватных ногах в спальню и ложусь на кровать.

— Аленочка, девочка моя, — вбегает к нам в спальню суетливая Алиса. — Все свежее было. Я лично проверяла, — подает мне таблетку и стакан воды.

— Ба, так это не от свежести зависит. Видать, Глеб плохо промыл овощи или фрукты, — замечает сердито Альберт.

— Что это? — смотрю на розовую таблетку, лежащую у меня на ладошке.

Тетрациклин, милая. Больше у меня ничего нет. Надо в город отправить кого-нибудь. Но это только утром.

— Пойдет и тетрациклин, — устало киваю я. Запиваю таблетку водой и снова ложусь.

— Отдыхай, малыш. Отдыхай, — укрывает меня покрывалом Альберт.

— Мне холодно, — стучу зубами.

— Сейчас накрою, — в два шага оказывается около шкафа муж. Достает толстое пуховое одеяло, укутывает меня. Даже под бока подтыкает и обращается к Алисе. — Термометр давай, ба.

Старушка бежит к себе и возвращается с маленьким термометром. — Других нет, — привычно разводит руками.

— У меня нормальная температура, — шепчу я сквозь слезы. — Альберт…

— Вот и проверим, — настаивает он. Сует мне под мышку термометр и сам садится рядом, словно с ребенком.

Олег сроду не стал бы так носиться. Сказал бы «Поспи!», а сам бы пошел телек смотреть.