Книга Обожженные изменой. Право на семью, страница 18 – Виктория Волкова

— Прекратите ваши инсинуации, - слышится голос Белова. – Девушка вам указала на недопустимость провоза животного. А вы…

Сижу, не двигаясь. Обреченно склонив голову, сосредотачиваюсь на дыхании. Просто дышу. Вдох- выдох. И снова вдох.

Гоню от себя оскорбления пассажирки. Пытаюсь не принимать к сердцу. Обвинения не могут никого достать, пока человек сам не признает себя виновным.

А я не признаю.

«Да что ты? – усмехается мой внутренний критик. – А ночью ты чем занималась? Не за деньги? Бесплатно? Это еще хуже. Поверь».

Снова слышится бас начальника патруля, затем еще несколько голосов наперебой что-то доказывают друг другу. Не выхожу. Нужна буду, позовут. Так и сижу сломанной куклой.

— А ну-ка, зайди ко мне, - рычит, появляясь в проеме Борисыч. – Быстро.

— А эти? – поднимаю на него заплаканные глаза.

— Снимут их с поезда, не волнуйся, - усмехается криво начальник поезда.- А с тобой, Зорина, у меня сейчас будет серьезный разговор, - бурчит угрожающе.

— Да, конечно, - подхватываюсь с места. – Но я одна на вагон, - растерянно оглядываюсь по сторонам.

— Сейчас кого-нибудь пришлю тебе на подмену, - рычит Анатолий Борисович. – А ты сразу шагай в штабной вагон, Зорина. А заодно придумай дельное оправдание, почему шастаешь с чужим бейджем.

«Это ж надо было так повезти!» - вздыхаю я, услышав за стеной перепалку.

«Девочка моя, - мысленно прошу проводницу. – Возьми у людей денежку. Купишь себе что-нибудь красивое. Только не надо сюда начальника поезда вызывать, а ментов тем более».

— Ну давай, детка, - шепчу, прикрывая глаза. Сил нет, как хочется вмешаться. С шутками и прибаутками порешать, как я умею. И если бы… если бы… То уже бы разруливал. А сейчас не могу. Себя уничтожу, многих людей подставлю. Я вообще должен был затаиться и ждать, когда само рассосется, или по УДО меня выпустят.

«Детка, твою мать!» - сжимаю кулаки. Давай уже согласись! Но вместо шуточек и хихиканья слышу резкий отказ.

Твою ж мать! Вот это принципиальная у меня подружка!

И сразу же за стеной начинается скандал. Делать нечего. Подрываюсь с места и спешу на помощь. Но не успеваю, Вероника сама справляется. Ловко отражает удар и за малым не ломает клиенту пальцы.

Интересно, где она так научилась? Уж точно не на железной дороге.

Мужик потирает руку. Угрожает. А я стою как вкопанный.

Это ж надо было так вляпаться!

Макс Просюков собственной персоной. Мы с ним пересекались лет пять назад. Может, с новым имиджем он меня не вспомнит. Тогда я ходил лысый. Носил льняные рубашки и сандалии на босу ногу. Хорошее время было. А сейчас модельная стрижка и бородка. Все по последней моде.

— Я тебя откуда-то знаю, - тычет в меня пальцем Просюков. Вот только этого мне не хватало. Передача «Жди меня» в вагонном формате. Съездил называется незаметно. Да кто ж знал!

Еще есть возможность не нарываться. Спрятаться. Но и она тает с приходом начальника поезда. И ситуация обостряется до предела. Похожий на моржа начальник поезда даже не вникает в конфликт. Нарушаете – снимаем с рейса. Вижу как обмякает Просюков, как растерянно смотрит его жена. Он меня обязательно вспомнит. У него память как гребанный процессор. Я помню. Но сейчас его мысли заняты другим. Пытается найти какие-то варианты, но начальник поезда не умолим.