Книга Белый шум, страница 62 – Виктория Волкова

— А именно вы наследники? – протянула нотариус, нарядная тетка с халой на голове.

— А кто же еще? – вспылила мать. – Я наследница первой очереди, других нет.

Нотариус замялась, а потом выдала, смущаясь:

— Ее муж уже приходил. Принес завещание и все документы на недвижимость и машину.

— Муж? – изумилась мать. – Какой еще муж?

— А документы можно посмотреть? – осведомился Казаринов и уточнил шутя: – Мы сейчас об одном и том же человеке говорим? Булатова Кристина Алексеевна? Или ошибка вышла?

— Нет никакой ошибки, – добродушно усмехнулась нотариус и вышла за делом.

— Ты что-нибудь понимаешь, Владушек? – слезливо пробормотала мать. – Кристина-то и замужем не была. С Вадькой развелась, а за Павлика еще не вышла.

— Не знаю, – пробурчал Влад. – Это вы сами в своем змеином болоте разбирайтесь, кто кому муж, а кто сват.

— Пожалуйста, – мать скорбно сложила на груди руки. – Я еще от потери Кристиночки в себя прийти не могу, а ты…

— А я тебе не мешаю. Приходи куда хочешь. Только видеть тебя не хочу.

— Стерва эта тебя против нас настроила, – сделала потрясающий вывод мать. – Вот же люди! Сама влезла…

— Замолчи, – рыкнул Казаринов, – если не справишься, я помогу. Если не желаешь остаться с голой… пенсией, то будь добра воздержись от проклятий в адрес Эллы. Я тебе не позволю оскорблять мать моего сына.

— Почему ты все сводишь к деньгам? – театрально закатив глаза, прошептала мать.

— Вы сами все к ним свели. Думали, что доить меня можно до конца жизни. Но в гробу карманов нет, маман. Вот беда, да?

Мать вспыхнула, но не нашлась, что ответить. В этот момент в кабинет вернулась нотариус и со знанием дела принялась перелистывать тонкую папку.

— Так… – возвестила она. – Муж гражданский Померанцев Павел… И завещание имеется.

— У вас оформляли? – настороженно осведомился Казаринов.

— Нет, – пробормотала нотариус и внимательно воззрилась на печати. – Где-то в области.

— Тогда мы вынуждены привлечь экспертизу, – кротко заметил Влад. – У нас уже есть договорчик с левым автографом Кристины, теперь вот завещание. – Он строго глянул на мать и бросил невзначай: – Нужно уголовное дело заводить на этого перца. Пока он на Сейшелах с новой пассией отдыхает…

Мать кивнула, насупившись, но Казаринов знал сей подозрительный взгляд, ничего хорошего не суливший.

— А что там с наследством? – быстро осведомился он, пока мать не принялась уверять, какой умный и порядочный человек Павел Померанцев. Охренеть не встать!

— По данным госреестра, за вашей сестрой числится часть отдельно стоящего строения площадью двести квадратных метров, земельный участок, часть домовладения, автомобиль.

— Я ничего не понимаю, – всплеснула руками мать. – Что за двести квадратов и земля? Откуда?

— Спасибо, – улыбнулся Казаринов своей самой радушной улыбкой. – Вы нам очень помогли. – И настойчиво под локоток вывел мать из кабинета. Уже на улице она, вцепившись в рукав его куртки, попросила плаксиво:

— Посиди со мной минутку, Владушек. Сердце давит. Кажется, сейчас умру.

И плюхнулась на первую попавшуюся лавку прямо напротив нотариальной конторы.

— Мы все загнемся от несмываемого позора, – процедил Влад, усаживаясь рядом. – Я уже не знаю, куда деваться от людской ненависти. Но это только начало. Твоя дочь такие подлости творила.