Книга Белый шум, страница 56 – Виктория Волкова

— Да, облизала, – кивнула Элла, укладывая щенка на место и рассматривая следующего. – Берта – мамаша правильная. Уже обо всех малышах позаботилась. У ротвейлеров особенность породы такая. Новорожденные щенки не могут сами опорожниться, им для этого нужен массаж животика.

— А Джон не мог облизать? – поинтересовался Влад, спиной чувствуя дверь, чтобы в случае необходимости схватить Элку и быстро выбежать из клетки со львами.

— Нет, Джон туда не дотянется, – хохотнула Элла. – Он охраняет свою семью, ну и Берту поддерживает.

«Даже собаки, и те ощущают поддержку друг друга. Спасибо тебе, Кристина, что лишила меня этого. Братское такое спасибо! Гореть тебе в аду, дорогая сестра!»

Уже вернувшись на Элкину половину, Казаринов никак не мог справиться с яростью, клокотавшей внутри.

«Какого вообще… шотландского лешего я еще ищу этого самого Леонида и пытаюсь вырвать нашу собственность из липких ручонок ПоПы? Гори оно синим пламенем! Сама Кристина, твою мать! Да и маменька тоже хороша… Задрала бы их обеих африканская гиена!»

— Я тут подумала, – словно прочитала его мысли Элла и внимательно воззрилась на него. – Что-то случилось, Влад? Ты на себя не похож.

— Просто задумался, – отмахнулся Казаринов. – Так что ты хотела? – осведомился он, надеясь, что Элка предложит что-то интересное.

— На следующей неделе Кристине сорок дней, – осторожно начала она.

— И за это время мне столько дерьма на голову вылилось, что, будь она жива, я бы придушил ее собственноручно. Тварь! Какой же мразью оказалась моя любимая сестричка! За одно то, что она сделала с нами, гореть ей в аду.

— Кристина внесла свою лепту, – пробормотала Элла. – Но мы сами тоже постарались. Ты отправил мой номер в черный список и даже не удосужился поговорить, а я поверила ей, хотя знала, что она врет, как дышит.

— Поминать я ее точно не собираюсь, – скривился Влад, про себя решив выкинуть из бара в кабинете все спиртное.

— А я думала, что можно использовать такую дату, как повод. Позвать девчонок куда-нибудь в кафе. Я могу позвонить Люде Стрюковой. И тебе удобнее поговорить с ними в одном месте. Не думаю, что многие придут. Но те девочки, которые у нее тренировались и упоминаются в записях, скорее всего, появятся.

— Отличный план, Эллочка, – пробормотал Влад и вместе с Антошкой на руках шагнул к ней, притянул к себе. Элла не стала вырываться, положила голову ему на плечо, погладила ребенка по спинке.

Казаринов поймал себя на мысли, что вот так, прижимая к груди сына и его мать, готов простоять вечность.

«Кристина, Кристина, что же ты наделала, сестричка моя! Зачем разлучила нас? И как мне теперь все поправить? Как вдохнуть в Элку веру, что я никуда не денусь? Как? Вразуми, Господи!»

Кафе для поминок по рекомендации Цесаркина Влад выбрал в Тарнаусе.

— У них и ценник приятный, и кухня отличная, – поделился Денис. – И хозяин наш с Нинулей сосед. Нормальный мужик. Мы там недавно Ромкин день рождения отмечали, так Мишке он тридцать процентов сбросил.

— Вашему Гоше Казамирскому тут все угодить рады. Звезда! Гордая и самовлюбленная…

— Да ну, – отмахнулся Цесаркин. – Он просто привык с людьми выборочно общаться. Сам будто за тремя сферами живет.

— Это как? – изумился Влад. – Башка нагрелась от парникового эффекта?