Книга Обожженная изменой. Выбор шейха, страница 114 – Виктория Волкова

— Хорошо бы, — прикасаюсь губами к гладковыбритой щеке мужа и иду отдавать указания.

Честно говоря, мне никуда не хочется ехать. Не хочу оставлять Али, да и в комнате Лейлы я просиживаю часами. Хожу на кладбище. Разговариваю с дочкой. И даже поверить не могу, что она там, в земле.

Холодно ей. Сыро и страшно.

Сердце разрывается от боли. Но с Рашидом разве поспоришь?

Он все всегда знает лучше всех.

Но в этот раз ошибается. Оппозиция срабатывает быстрее. На следующий день. И не успеваем мы уехать в загородную резиденцию, как все местные паблики и каналы начинают истошно верещать, освещая приезд моего Борика.

— Что теперь делать? — в ужасе спрашиваю Рашида за завтраком.

По давней традиции мы завтракаем с детьми. Али, близнецы, прилетевшие на выходные. Все перестают есть, когда в столовую врывается Ясмин с телефоном в руках.

— Папа, мы пропали, — сует под нос Рашиду новенький айфон. — Они разоблачат нас. Этого нельзя допустить…

— Садись, поешь, дочка, — коротко бросает Рашид. Игнорируя подложенный смартфон, спокойно допивает кофе.

Осторожно беру со стола гаджет. Просматриваю заголовки наших главных пабликов, в том числе и государственных.

Так и есть! Визит Борика никем не остался незамеченным. Кто-то слил информацию. На немногочисленных фото Борис то поднимается по лестнице, сам или вместе с Али. Вот они вдвоем садятся в машину. А вот вместе горюют на похоронах Лейлы. Еще пара снимков фиксирует момент, когда Борис вместе с Таней входит в наши личные апартаменты.

— Предатель не из близкого окружения, — выдыхаю порывисто.

— Уже нашли, — небрежно кивает муж, потянувшись за клубникой. Отрывает от ягоды хвостик. Кладет в рот. И снова пьет кофе.

— Что теперь делать? — хрипло спрашиваю мужа и дышать не могу от волнения.

Нервный спазм перекрывает горло. Хватаюсь за него обеими руками. Полными глазами слез пожираю мужа.

Господи, ну почему он тогда меня не послушал? Была бы наложницей! Подумаешь! Рашид любит меня и наших детей. Смогла бы тогда ездить по свету.

«И все равно была бы под пристальным вниманием журналистов. Только еще ограничена в правах. А Рашиду бы пришлось жениться на этой… как ее? Танзиле», — прерываю горестный поток мыслей и только сейчас понимаю. Рашид все сделал правильно. Как шейх, он думал на годы вперед. И не хотел больше ни на ком жениться.

— Рашид, — заламываю пальцы.

— Да все в порядке, Муниса, — морщит он нос. — Дадим пресс-конференцию. Мы с тобой и Али.

— И что скажем? — в ужасе смотрю на него. Акт прилюдного самосожжения никто не оценит.

— Ну что скажем, правду, — вздыхает Рашид. Всем своим видом показывает, как ему надоела наша паника. И обращается к сыновьям. — Как бы вы решили эту проблему?

— Я бы всех арестовал и расстрелял, — порывисто подрывается с места Каюм. Самый эмоциональный из всех моих детей.

— Тогда бы ты прослыл диктатором. И все равно многие бы запомнили этот эпизод надолго. Это плохое решение, Каюм, — объясняет шейх терпеливо и поворачивает голову к старшему сыну. — Али?

— Мы соберем пресс-конференцию и скажем правду. Расскажем, что когда-то давно отец и Ясмин ехали из Дубая домой и нашли около дороги женщину. Она была без сознания, и они ее забрали к себе, решив оказать первую помощь. Когда потерпевшая пришла в себя, то назвала свое имя и рассказала, кто ее украл. А потом умерла. Нина Зорина умерла, — сдержанно, но твердо повторяет Али. — Но наш отец, как справедливый и мудрый правитель, велел провести расследование. Было возбуждено уголовное дело. Можем из него что-нибудь предъявить. Какую-нибудь фигню. Виновные были арестованы и казнены.