Книга Одна из двух, страница 99 – Виктория Волкова

После официальной части княгиня, сопровождаемая знатными дамами, покинула зал. Начались обычные переговоры о торговле, затянувшиеся до глубокой ночи. Когда же все сделки оформили, договоры подписали, Гвен устало потянулся в кресле и, увидев, что посторонних рядом нет, обратился ко мне:

— Пришло время поговорить об Альме. Ты прежде намекал, князь, что знаешь, где находится моя сестра Альма Брао.

— Пойдем. — Я хлопнул Гвена по плечу. — Она ждет тебя, несмотря на поздний час.

— Ждет? Здесь? Она присутствовала на церемонии? Ты точно ее видел? — засыпал меня вопросами Брао и, сокрушаясь, добавил: — А я ее не узнал. Хотя в этих ваших масках и шапках трудно разглядеть женщину, даже сиди моя сестра рядом с тобой на троне.

Я расхохотался и потащил ничего не подозревающего Гвена к личным апартаментам.

Несмотря на наступившую ночь, мне не спалось. Я мерила шагами малую гостиную, поджидая мужа и брата. Лишь мимолетно отметила, что ковер итларской работы так и остался у Ксариона, но и без него моя любимая комната смотрелась неплохо. Каблуки стучали по мраморному полу, и этот стук отдавал в голову. Бум-бум. Усидеть на месте я не могла. Затем попробовала успокоиться и, взяв лютню, принялась наигрывать простенькую мелодию, тихонечко напевая себе под нос. Когда в комнату вошли Лей и Гвен, я не заметила. Лишь повернув голову, увидела радостное лицо брата. Гвенцепс подскочил ко мне, а я бросилась к нему. Чуть не стукнулись лбами.

— Наконец-то мы нашли тебя, сказочная фея, — выдохнул брат, прижимая меня к себе. — Даже я не ожидал, что так обернется.

Он назвал меня как когда-то в детстве. Стало быть, узнал, не перепутал. Сестру домашние звали королевной, а меня — феей. Наши незамысловатые роли в детских играх. Принс, разумеется, звался принцем, а мой самый младший брат Гвенцепс — рыцарем. От этих воспоминаний я разрыдалась.

Я оглянулась на мужа. Напряженно растягивая губы в улыбке, Лей стоял в стороне. Одно я понимала совершенно точно: князю не нравились мои рыдания. Я протянула руку к нему. Муж тотчас же подошел к нам с братом, обнял меня и Гвена. Брат напряженно уставился на руки князя на моих плечах. Я поспешила внести ясность:

— Гвен, Лей — мой супруг по обычаям княжества…

— Но не по нашим! — отрезал брат. — Отец захочет подписать кула-тау и получить выкуп.

— Наягна дери! — взвился муж. — Вы не искали ее два года, а теперь еще требуете деньги с ее спасителей?

Гвен напрягся, лицо приняло хищное выражение. Я прекрасно знала эту стойку, не сулившую ничего хорошего.

— Гвенцепс, — попыталась предупредить я.

Но, отмахнувшись от меня, брат зло посмотрел на Лея.

— Ты не вправе нас судить. Скажем так, семья Брао искала свою потерянную дочь не там.

— Да мне безразлично, где вы ее искали! Цита — моя княгиня, это не оспаривается.

— Цита? — усмехнувшись, переспросил брат.

— Конечно, ты можешь звать ее Альмой, — буркнул Лей. — Никому не возбраняется.

— А это не Альма, — раскрыл карты Гвен, явно получая удовольствие.

Муж недоуменно посмотрел на меня, потом на моего брата.

— Что за чушь ты несешь, господин посол? — грубо поинтересовался князь.

— Это не Альма, — повторил Гвенцепс. — Это Сельма, вторая близняшка.

— Я видел Сельму во дворце Матео. Они похожи с Цитой, но есть различия.