Книга Одна из двух, страница 100 – Виктория Волкова

— Правильно, — заявил брат. — Но главное различие в том, что на лютне у нас играет Сельма. А вот у Альмы нет ни голоса, ни слуха.

— Как могло такое произойти? — Лей от бессилия развел руками.

— Спроси свою жену, — отрезал Гвен. — А нам с отцом еще предстоит поговорить с другой сестрой. Но и без разбирательств могу заверить тебя, князь, когда в твоем доме живут близнецы, будь готов к розыгрышам и переодеваниям. — Брат повернулся ко мне, словно до этого меня не было в комнате, и строго спросил. — Я прав, Сельма?

Я кивнула, тут же добавив:

— Не совсем. Я гостила с детьми у Альмы и за обедом перевернула на себя стакан морса. А когда мы отправились на ярмарку, сестра одолжила мне свое платье.

Я замерла на минуту, осознавая. Я не заметила стакан, стоявший на столе и, взмахнув рукой, опрокинула на себя. Не заметила, или Альма специально подставила морс мне под руку? Зачем потом выдала себя за меня? Много вопросов, и ответить на них сможет только Альма Гантура, моя чудесная сестра-близнец. Но это может подождать.

— Что с детьми? — задала я вопрос, терзавший меня все время. — С кем они? С Альмой?

— Семейство Кантраги выгнало твою сестру, а детей оставило у себя.

— Почему? — вырвалось у меня.

— Видимо, не справилась с ролью. Она где-то на балу поздоровалась с Мэтью Слоуном и еще поговорила с ним минут пять. Твой свекор решил, что его вдовая невестка связана с этим мерзавцем, и сразу после бала Альму просто выставили из дома, не дав даже попрощаться с детьми. А мы-то с отцом гадали, что нашло на нашу Сельму?

Я прижала руку ко рту, боясь закричать от отчаяния. Какая глупая выходка. Альма по незнанию флиртовала с братом убийцы моего мужа. Тома Слоуна, застрелившего Арлая Кантраги в пьяной драке, казнили три года назад. Но ни я, ни кто-либо другой из семьи не стал бы любезничать с его родственниками. Арлай, мой первый муж, снискал себе славу гуляки и пьяницы, но это право не повод, чтобы лишать человека жизни.

— Мои дети с Туреной? — уточнила я, называя свекровь по имени.

— С ней и с Ульрихом, — подтвердил брат. — Ульрих Кантраги назначил своим наследником другого внука, а не твоего Крэна.

— Это не справедливо! — всплеснула я руками и быстро заходила по комнате. — А как же право первородства? — обратилась я к брату. — Что отец предпринял, чтобы воспрепятствовать нарушению закона? — Я перевела дух и устало попросила. — Гвен, мне хочется увидеть сына и дочек.

— А мужа? — горько усмехнувшись, Лей задал давно мучавший его вопрос.

— Сельма — вдова, — удивленно заметил Гвен.

— Хвала Наягне! — возликовал князь и обратился ко мне. — Для меня главное, что нет мужчины, способного предъявить на тебя свои права. А твоих детей мы выкрадем!

Легко было пообещать жене. Но проходили неделя за неделей, а я все никак не мог придумать, как вывезти детей Циты из Республики и доставить их в Стратту-арре. Несколько раз я разговаривал об этом с Матео, используя наш собственный канал связи. Но Первый Дож Трезарианской республики не разделял моего оптимизма:

— Пойми, Лей, усадьба Кантраги охраняется. И в Аарончаазе пока не видели ни одного стретта. Там начнется переполох, как только твои крессанги высадятся в городе.

— А как же паланкин моей бабки? — фыркнул я. — Он беспрепятственно долетел до Алленчаазе.