Книга Беглая жена бандита, страница 24 – Даша Черничная

— Во что же ты вляпалась, бедовая моя? — спрашиваю у самого себя и прибавляю газа в этом табурете на колесиках, а у самого начинает подгорать от страха.

Что там за менты? Это в Москве я мог выйти практически на любого мента, а тут владения не мои.

Приходится звонить Жданову.

— Савелий, привет, — начинаю, но меня грубо обрывают.

— О, бля, какие люди пожаловали да сами позвонили. Как тебе вообще дали позвонить из обезьянника?

— Савва, ты что-то попутал, очевидно, — я нахожусь на грани того, чтобы послать Жданова. — Не объяснишь мне, какого хера моя тачка стоит у ментовки какой-то деревни?

— Твоя тачка стоит у ментовки, — задумчиво повторяет Савва. — А ты где?

— А я еду в эту самую ментовку, — психую, потому что разговор какой-то бредовый выходит.

— Так, — Жданов резко подбирается. — Ты едешь в ментовку. А кого тогда менты остановили? Кто был за рулем твоей тачки?

— У тебя много вариантов? Савелий, какого хера происходит и где, блять, Вита?!

Жданов откашливается.

— Судя по всему, в ментовке… Сидит.

Шумно выдыхаю и качаю головой. Как она одна четыре года прожила и приключений на свою задницу не нашла? Ведь очевидно, что проблемы любят Виту, а Вита любит их.

— Свят, ты только не заводись, — более сдержанно начинает Жданов.

— Охренительное предупреждение, Ждан. Что вы сделали? — я давлю педаль газа в пол, тачка нихера не едет, и это выводит меня из себя еще сильнее.

— Мы дали ориентировку на твою тачку.

— Вы охуели?

— А ты что хотел, Свят? — вспыхивает Савва. — Вита пропала, ты тоже. Нам что, сложа руки сидеть, пока ты ее там прикончишь?

— Я не понял, за что Вита сидит в ментовке.

— За похищение, — стонет. — Себя же. Потому что я ментам сказал, что за рулем тачки с твоими номерами похититель. Мне позвонили часов шесть назад и отчитались, что нарушителя поймали.

Я чувствую, что есть продолжение.

— Так, и?.. — подгоняю его.

— И я сказал ментам не давать задержанному телефон.

— Ты нормальный?

Ждан тяжело и очевидно виновато вздыхает.

— Я думал, это ты, Свят.

Вита

— Ты меня вытащишь отсюда или так и будешь пялиться? — смотрю на Свята через решетку и даже нахожу в себе силы огрызнуться.

Знаю ли я, что как бы я ни кусалась, он все равно меня вытащит, не оставит тут, среди вшей, алкашей и еще один бог знает кого?

Стервозная часть меня знает, что сегодня я уйду из отделения полиции, — потому что Святослав вытащит меня.

Исаев подходит к моей камере вплотную и опирается рукой о железо клетки, проходится по мне взглядом, который буквально говорит о том, какая я дура и вообще чокнутая.

— У меня дежавю, Калинина. А у тебя нет? — Исаев говорит медленно, будто выпускать меня и вовсе не спешит.

— Хочешь поболтать? — я продолжаю сидеть на деревянной лавке, от которой у меня порядком болит задница, но вида, что счастлива видеть Свята, не подаю.

— Я никуда не тороплюсь, — дергает он уголком губ. — А ты?

Легко обвожу пространство рукой, игнорируются скованные конечности.

— Да мне тоже некуда торопиться. У меня тут погляди — считай, отель пять звезд, олл инклюзив. А ты вообще какими тут судьбами, Святослав?

У Исаева дергаются ноздри, что означает, что он зол, но борется с собой.

— А я проснулся днем, думал, вернусь в город, а машины моей нет. Не расскажешь, как так вышло, что моя машина пропала у меня из-под носа?