Книга Доктор. Я (не) зависима, страница 25 – Лиза Гамаус

— Твоё здоровье! — Натали поднимает бокал, — всё образуется.

— Твоё тоже, — отвечаю.

Мы чокаемся и пьём.

— Позвонила твоя мама и рассказала про аварию. Попросила, чтобы я наладила с тобой отношения и не бросала тебя на съедение одиночеству и интернету. Она даже была готова мне приплачивать, чтобы я к тебе регулярно ходила и носила разные вкусности, которые ты любишь. Или брала бы тебя на прогулку вместо Вероники, с которой не о чем разговаривать, кроме как о бытовухе.

— Но ты ей отказала, верно?

— Да. Я ей предложила другое. Держать тебя под контролем.

Я беру бутылку и наполняю бокалы.

— Я знаю, как ты выстраиваешь разговор, Натали, когда тебе надо чего-то добиться. Я ещё всё очень хорошо помню, — шампанское катится по горлу, покалывая пузырьками, — Ты умышленно путаешь меня. В данном случае хронологически. Но не только. Я же попросила тебя рассказывать в соответствии с тем, что было на самом деле, а ты мою просьбу игноришь. Обычное дело, — я опять делаю глоток, — Мне кажется, тебе действительно был нужен ландшафтный проект и тебе действительно хотелось заработать, как всегда тебе хочется, и это нормально. Но тебе был нужен не один, а несколько проектов. Так сложились обстоятельства.

— Вот говорят же, что шизофреники отличаются острым умом, — бросает Натали.

Узнаю дорогую подругу. Наконец-то! А то сидит, строит из себя какую-то стесняющуюся девушку, впервые попавшую в метро.

— Тебе исключительно повезло с клиентами тогда, и всем нужны были облагороженные участки. Новый дорогой посёлок, скорее всего. А тут маман со своей просьбой. Деньги сами просятся на счет. Просятся, но как точно туда попасть, не знают. Первое, что ты сделала, это пообещала озабоченной родительнице со мной связаться и взять под контроль. Сразу скажу, ты действовала не одна. Герман ли, что вероятнее всего, или кто-то другой, но не одна. Знаешь, почему я так считаю?

Натали таращит на меня свои огромные серые глаза. Она не знает, что сказать доктору, который ждёт её отмашки, вставать или ещё сидеть. Возможно, она жалеет, что согласилась прийти. Недооценила шизофреничку.

Только мне кажется, что если Натали меня недооценила, то про доктора я такого сказать не могу. Он вывел двух кенгуру на ринг, а сам пошёл на трибуну. То ли зритель, то ли судья, то ли журналист. Сидит в предвкушении удачного исхода своей затеи.

— Что молчишь, Натали? — шампанское меня немного веселит и придаёт даже излишней решительности по отношению к своей вывшей однокласснице, — рассказывай! Чья была идея?

— В принципе, это идея твоей матери. Я только согласилась и подхватила.

Я опять не уверена, что она говорит так, как было на самом деле. Она просто не хочет брать вину на себя. Манера такая — прятаться за спины других.

— Повтори идею, если не трудно, — я немного засомневалась.

— Спасти тебя от одиночества и интернетных знакомств. Ты же сидела с переломами. И она предложила, я, кстати, её очень хорошо понимаю, найти тебе виртуального друга из знакомых, чтобы он был подконтролен, с ним можно было договориться, и чтобы смог тебя заинтересовать.

— Так-так-так… заинтересовать. Для этого надо иметь представление, что жертва ценит в людях, какие у неё взгляды, предпочтения в искусстве, например, или литературе. И отлично знать, чего она терпеть не может. Я права?