Книга Виновница судьбы, страница 191 – Анастасия Чехова

— Эмили, — раздался спокойный голос из гостиной. — Твои наушники висят на вешалке в прихожей. Тайлер взял мои.

Я улыбнулась, услышав его голос.

И вдруг заметила, как естественно прозвучало то, что было между ними. Как она замолчала. Как он нашёл решение, не повышая голоса.

Эмили фыркнула, но уже без злости: — Ладно.

И пошла в прихожую, по пути бросив: — Пап, вечером заберёшь меня с пляжа?

Александр вышел на кухню, застёгивая рубашку на ходу. Он ответил не сразу — я видела, как его рука замерла на пуговице, как он слегка задержал дыхание, услышав это слово, произнесённое так обыденно, так естественно.

— Назови время, — ответил он. — Буду.

Эмили кивнула и скрылась в комнате, а я смотрела на него. На то, как он моргнул, отводя взгляд, будто ничего не произошло. Как взял чашку с кофе, которую я ему протянула, и сел рядом.

— Что? — спросил он, поймав мой взгляд.

— Ничего, — я улыбнулась. — Ты просто молодец.

— Я знаю.

— Скромный молодец.

— Это уже сложнее.

Я тихо засмеялась, и мы сидели на веранде, пока солнце поднималось выше, а Локи, вздохнув, переложил голову на лапы.

Завтрак на веранде — это был наш ритуал, который не нарушался даже в дождливые дни, когда мы кутались в пледы и ставили на стол горячий чай.

Тайлер уже сидел на скамейке, сосредоточенно намазывая джем на тост. Джем был клубничный, домашний, и большая его часть оказывалась не на тосте, а на пальцах, на щеке и, кажется, даже на ухе. Он не замечал. Он был полностью поглощён процессом.

Эмили сидела напротив, листая ленту в телефоне, иногда комментируя что-то вслух. Она была в той фазе подросткового возраста, когда мир существует на экране, но при этом она умудрялась не отрываться от реальности. Я ценила это.

Локи сидел рядом со столом, положив морду на колено Александру. Его глаза — влажные, преданные — говорили: «Я знаю, что ты строгий хозяин и не кормишь со стола». Его нос, уткнувшийся в ладонь Александра, говорил: «Но, может, хотя бы краешек?».

— Нет, — сказал Александр, даже не глядя на него.

Локи вздохнул. Драматично. Так, что Тайлер отвлёкся от джема.

— Пап, он же просит!

— Он всегда просит.

— Ну дай ему кусочек!

— Если я дам ему кусочек, он сядет тебе на колени и будет просить ещё.

— И что?

— А то, что ты не доешь свой завтрак.

— Я доем! Ну дай!

Александр посмотрел на меня, ища поддержки. Я только пожала плечами, пряча улыбку в чашке.

— Ты сам завёл собаку, — напомнила я.

— Ты тоже этого хотела.

— Я хотела, но ты подписывал документы.

Эмили фыркнула, не поднимая глаз от телефона: — Пап, ты проиграл. Смирись.

Александр театрально вздохнул, отломил крошечный кусочек тоста и протянул Локи под столом. Пёс проглотил его мгновенно, даже не жуя, и снова уставился на Александра с ещё более преданным выражением.

— Так и знал, — пробормотал он.

А я смотрела на них. Смотрела, как просыпается этот дом, наполняясь голосами, смехом, запахом кофе и джема. Смотрела, как Тайлер размазывает джем по носу, как Эмили закатывает глаза на что-то в телефоне, как Александр делает строгое лицо, но при этом краем глаза следит за сыном — чтобы тот не уронил чашку.

Я почти не участвовала в разговоре. Я просто наблюдала.

И это было лучшее, что я могла сделать.

Позже, когда дети убежали играть в сад, а Локи устроился в тени оливы, мы остались на веранде вдвоём.