Книга Искатель 19, страница 9 – Сергей Шиленко

Я резко подался вперёд, так, что хрустнули позвонки. Каира Чёрная? Та самая чёрная дракониха, с которой я умудрился познакомиться, или это какое-то случайное совпадение? Учитывая, как работала Система, верилось с трудом.

— Когда Каира узнала о гибели своего выводка, она прокляла наши чертоги и улетела далеко на север, погрузившись в скорбь. Больше её никто не видел. Все посланники, отправленные к ней, исчезли без следа, как и любой глупец, посмевший ступить на её территорию. Для нас это стало тяжелейшей потерей. Она забрала с собой плату за службу своих детей, их уникальное оружие, зачарованные доспехи и драгоценности.

Я задумчиво потёр подбородок, чувствуя жёсткую щетину. Улетела на север, больше её не видели" Что ж, это идеально перекликалось с тем, что я видел своими глазами. Я ведь действительно встретил ту самую Каиру Чёрную. В голове не укладывалось такое, ведь Последняя Твердыня Гурзана пала тысячи, если не десятки тысяч лет назад! Сколько же лет этой древней рептилии? Охренеть можно от таких масштабов времени.

Атмосфера в зале сгустилась до состояния киселя. Члены семьи Торика сгорбились, их лица потемнели от глубокой печали. Все они прекрасно понимали, к чему ведёт этот рассказ: это хроника смерти, последние дни их великого горного королевства.

Даже у чтицы с безупречной дикцией дрогнул голос. Она с трудом сглотнула подступивший к горлу ком и продолжила, блестя увлажнившимися глазами.

— В самом конце разрозненные кланы Больцка начали массово покидать наш умирающий дом. Все понимали, тёмным эльфам, при всей их кровожадности, не нужна поверхность, они хотели просто вышвырнуть нас из своих подземных владений. То ли они боялись поцелуя солнца, то ли свято верили, что недра принадлежат лишь им одним, но они не осмеливались преследовать беженцев за пределами гор.

Наши ряды таяли с каждым днём. Король Харгун предпринял последнюю попытку обороны, проклиная предателей среди наших сородичей. Мы готовились погибнуть, до последнего удерживая любимые залы и сокровищницы, а потом потомки Кротоса хлынули сплошным потоком, впервые значительно превзойдя нас числом. Сопротивление было сломлено, мы бежали в главный вестибюль Хранилища Гурзана. Сплотившись вокруг сияющего Сердца Горы, в отчаянии молили всех известных богов о спасении от безжалостного врага.'

Гномиха замолчала на долгую секунду, обводя зал тяжёлым взглядом.

— Но у глубин есть лишь один великий Бог, и мы лишились его милости.

Голос молодой гномки дрогнул и оборвался. Её глаза, неотрывно смотрящие на ветхий пергамент, расширились от первобытного ужаса. Сглотнув тугой комок в горле, она продолжила, и в её тихом голосе теперь билась мелкая болезненная дрожь.

— Но когда тёмные эльфы пошли на последний штурм, наши мольбы, казалось, были услышаны. Из глубин запечатанного хранилища, того самого, откуда выкачали весь воздух ради сохранности великих артефактов, в наши разумы вторглось некое Присутствие, нечто чуждое, искажённое. Оно пообещало спасение, если мы лишь протянем руку и поможем ему прорваться в наш мир. Тёмные эльфы уже взламывали врата последнего святилища. И тогда, в час абсолютного отчаяния, Харгун Светлый Венец распахнул двери хранилища и отдал себя во власть Бездны.

Бездна! Твою ж мать!