Книга Искатель, 2010 № 07, страница 73 – Владимир Соколов, Владимир Лебедев, Журнал «Искатель», и др.

— Прямое, — буркнуло изображение и, видимо, решив, что уже потратило на меня слишком много своего драгоценного времени, заключило аудиенцию словами: — Поговорите с Мирбикипом, это академик-биллизарец, он сейчас гостит в Иерусалиме.

Изображение погасло, и мне не оставалось ничего другого, кроме как отправиться на поиски биллизарского ученого.

Я ожидал увидеть существо, похожее на агента Абруццо, отбывавшего наказание в тюрьме для особо бесперспективных преступников на Весте, а обнаружил подтянутого старика, которого можно было бы даже принять за человека, если бы не досадные отклонения: лишняя рука, торчавшая посреди живота, и два носа, расположенные на длинном лице симметрично друг другу где-то в районе ушей. Милое существо, в иных системах я впоследствии встречал и пострашнее.

— Это вас зовут Шекет, — агрессивно встретил меня биллизарец, — и это вы засадили в тюрьму одного из лучших наших агентов?

— А это вы, значит, послали его создавать для нас гадости в истории? — отпарировал я. — И после этого еще являетесь в Иерусалим и...

— И пользуюсь гостеприимством ученых, — подтвердил Мирбикип. — Шекет, вы вообще понимаете, что такое наука?

— Наука, — сказал я, — изучает явления природы и находит им объяснения.

— Гм... — буркнул он. — А если явления природы еще нет? Тогда наука обязана это явление создать, чтобы было что изучать! Так вот, когда мне было только двадцать биллизарских лет, я задумался над такой проблемой: почему в природе все одноименное отталкивает друг друга, а разноименное — притягивает?

— Не понял, — осторожно сказал я.

— Вы же изучали физику! — возмутился Мирбикип. — Одноименные заряды отталкивают друг друга? Да, отталкивают. Можно ли создать атом из одних протонов? Нельзя, он распадется. Мир без альтернатив немыслим! Для того чтобы понять, что такое добро, нужно иметь перед собой зло. Чтобы описать свет, нужно знать, что такое тьма. Это элементарно.

— Хорошо, — согласился я. — Но при чем здесь ксенофобия?

— Сразу видно, Шекет, что вы никогда не занимались академической наукой, — пожал средним плечом биллизарец.

— Это верно, я полевой патрульный.

— Оно и видно. А я с юности задумывался над главными вопросами мироздания. Вы знаете, что у нас на Биллизаре никогда прежде не было войн, а убийства происходили только случайно?

— Да? — поразился я. — Хорошо же вам жилось!

— Хорошо? — возмутился Мирбикип. — Мы видели только одну сторону бытия и ничего не знали о другой! Когда мне было двадцать лет, я, будучи гением от рождения, задумался. «Почему, — подумал я, — одноименные заряды в природе отталкивают друг друга, а разумные существа — нет? Почему один электрон, встретив другой, спешит прочь, не желая иметь с ним ничего общего ни в пространстве, ни во времени, а два разумных существа, напротив, стремятся сблизиться?»

— Потому что они разумны и понимают, что...

— Ничего они не понимают! — раздраженно сказал биллизарский ученый. — Они не понимают, что если в неживой природе существует нечто, оно может существовать и среди разумных существ.

— Может, но — зачем? — пожал я плечами.

— Затем, что это интересно! — воскликнул Мирбикип. — Когда мне было двадцать два, я собрался с силами и двинул в челюсть своему научному руководителю. У меня не было иного выхода! Я задумал создать новую науку и должен был иметь предмет исследований.