Книга Искатель, 2010 № 08, страница 15 – Владимир Гусев, Владимир Соколов, Журнал «Искатель»

— Мне сто граммов коньяку, пару долек лимона и бутерброд, — заказал Пол.

— Коньяку какого? Бутерброд с чем? — отвлекся бармен от протирания бокалов.

— Квинт, пять звездочек, бутерброд с сыром, — наугад сказал Пол, не утруждая себя изучением прейскуранта.

Бармен проворно налил коньяк, выложил на фаянсовую тарелку нехитрую закуску, предварительно положив под бутерброд пару салфеток. Пол расплатился, направился было к облюбованному столику, но он уже был занят: трое мужчин пытались чокнуться пластиковыми стаканами с пивом. Почти все остальные стулья — разлапистые, словно старые яблони, с железными трубчатыми ножками, способными выдержать вес любого выпивохи, — тоже были заняты. Только за одним столом в углу было свободное место, напротив цедящего пиво мужчины с длинными, уже тронутыми сединой волосами.

— Разрешите?

— С интеллигентным человеком всегда приятно пообщаться.

Общаться Полу не хотелось.

«Сейчас быстро выпью коньяк и уйду», — подумал он, сделал два больших глотка, поморщился, проглотил дольку лимона и вгрызся в бутерброд. Подсохший сыр скрипнул на зубах.

— Почему вы подумали, что я — интеллигент? — спросил Пол, возвращая остатки бутерброда на тарелку.

— В этом шалмане редко кто спрашивает разрешения, вот я и догадался. Это даже хорошо, что нас теперь двое. Меньше вероятность, что третье место кто-то займет. Хотите пива?

— Спасибо, нет.

— Ах да, вы же интеллигент. Ну, тогда вы угостите меня коньяком. Будем знакомы: Павел Никанорович, Бич.

«Как-то странно он представился, через запятую перед фамилией», — удивился Пол и обрадовался тому, что непрошеный собеседник не протянул руку.

Рукопожатие обязывает.

— Поликарп... фамилию, наверное, называть необязательно?

— Я тоже так думаю, — улыбнулся Павел Никанорович. Зубы у него были пожелтевшие, как у старого коня. — Бич — это не фамилия, аббревиатура.

— Я вспомнил. Сейчас она уже не в ходу.

Пол хотел сказать, что в ходу аббревиатура «бомж», но вовремя прикусил язык. Сделав еще глоток, он передвинул бокал с коньяком бичу.

Интересно, на остаток бутерброда он будет претендовать или лимончиком обойдется?

Павел Никанорович сделал глоток, посмаковал.

Пол почувствовал, что проголодался. Сыр снова скрипнул на зубах.

— Вы напрасно смотрите на меня... ну, снисходительно, что ли. Такое со всяким может случиться. Например, с вами.

Пол чуть не подавился бутербродом.

— Почему — со мной?

— Взгляд у вас, извините, как у потерявшейся собаки. Это не мое сравнение, бывшая жена так определила, когда мне докторскую зарубили. Хотите знать, что самое страшное для мужчины, на чем мы ломаемся?

— Измена любимой женщины.

— Нет. Это пережить можно. И даже простить... иногда. Самое страшное другое.

Бич допил коньяк, сжевал, не поморщившись, лимон, скользнул взглядом по пустой тарелке.

Полу стало стыдно.

— Подождите, я сейчас еще что-нибудь возьму.

— Лучше водки. Под нее разговор лучше идет. Да и стоит она дешевле.

Пол, впервые за день усмехнувшись уже не мысленно, начал было вставать, но бич его опередил.

— Стоп-стоп! Не хватало еще, чтобы вы меня обслуживали! Ста рублей будет вполне достаточно.

Пол достал бумажник, вынул сотенную. Павел Никаноро-вич принял купюру с достоинством, словно вознаграждение за непростую работу.

Пол смотрел ему вслед.