Онлайн книга «Искатель, 2010 № 09»
|
— Но как же... — О бестолковый смертный! Тебе следует быть внимательнее к незваным гостям и собственным обязанностям. Ты нерадив! — Да, Страж Божественного Величия... — И еще нерасторопен: почему не поспешил ты тотчас уведомить нас о замеченных странностях? — Да я же немедля... — Впрочем, возможно, я излишне суров к тебе. Чего еще ожидать от персти земной? — Ты очень добр ко мне, о Хранитель Упорядоченного! Прикажешь ликвидировать лазутчика? Небольшой несчастный случай... — Нет! На это я пойти не могу! — несколько раздраженно ответил ангел. — Мне нужно посоветоваться с Властями и Господствами. Ты же покуда следи за сим сомнительным посланцем, глаз с него не спускай и о каждом шаге докладывай. — А коли станет тот нунций нос свой совать, куда не следует? — Вот и позаботься о его носе! «Дался им мой нос!», — подумал прячущийся за грудой черепов Ассур, возмущенно втягивая в себя воздух. Это стало его роковой ошибкой — едкая пыль столетий, костяная труха человечества мгновенно забилась ему в ноздри и раздражающе защекотала слизистую. Пытаясь избежать непоправимого, нунций задержал дыхание и принялся ожесточенно тереть переносицу — позыв к чиханию не проходил. Разговор у алтаря между тем продолжался. — Позволено ли мне, в случае чего, прибегнуть к крайним мерам? — с надеждой поинтересовался Папелард. — Сказано же, нет, — отмахнулся ангел. — Слежка и приватное наблюдение. Никакой самодеятельности. — Ну а ежели в конце концов окажется, что оный эмиссар не тот, за кого себя выдает? Ежели выяснится, что он враг Нал... нашему Повелителю? — Так что ж? Тогда он исчезнет. Ибо, словно отблеск луны на воде, непрочна жизнь подобных тебе смертных тварей. Пресмыкающиеся во прахе во прах же обратятся. — Голос Орооррофоса, грозный и спокойный, напоминал теперь звуки органной музыки. В этот момент Ассур не удержался и оглушительно чихнул. Пан Папелард негромко ахнул и испуганно присел; Ороорро-фос, напротив, сделался будто еще выше ростом, вокруг чела его засверкали и закружились снопы искр и радужных сполохов. Огромные лазоревые глаза ангела с гневным укором обратились на градоначальника: — Ты привел за собой хвост, презренный земляной червяк?! Мэр не смог вымолвить ни единого слова, лишь прохрипел нечто нечленораздельное и отрицательно покачал головой. — Никакой конспирации! — сокрушенно вздохнул крылатый вестник; между тем уже самый силуэт его ослепительно полыхнул и занялся ровным белым сиянием, обретая глубину и словно теряя материальность. Казалось, он вот-вот начнет весело потрескивать, подобно гигантскому бенгальскому огню. Смотреть на ангела без рези в глазах стало невозможно. Нунций же с возрастающим удивлением заметил, что вокруг него, напротив, как будто сгустились сумерки: все тени, прятавшиеся до этого по углам часовни, у подножий колонн и зловещих пирамид из черепов, теперь сползались к его ногам, а окружающие предметы выглядели потускневшими — окутавшая их паутина теней поглощала свет, не отражая. Ассуру чудилось, что и собственное его тело наливается тьмою, как чернильница. — Я вижу тебя, ничтожный диббук! — вскричал Кохвиэль Орооррофос. — Тьме не сокрыть своего порождения! Ассур выглянул из ниши: Орооррофос действительно смотрел прямо в его сторону; крылья его вздыбились над головой и возбужденно трепетали, сияние слепило глаза; вот ангел поднял руки, и между ладонями его образовался некий бесформенный радужный сгусток материи. В следующее мгновение он совершил едва уловимое движение, и прикрывавшая Ассура пирамида черепов взорвалась и с грохотом разлетелась на тысячи обломков; самого нунция что-то больно ударило в плечо, развернуло вокруг оси, и он, беспомощно кувыркнувшись в воздухе, приземлился в центре часовни. |