Онлайн книга «Искатель, 2010 № 10»
|
— И не просто чугунок, — засмеялся Саша. — Когда-то давно и этот чугунок, и эта шляпа, и пальто на крючке были огородным пугалом... 9 Саша смеялся, вороша старое пальто, выпускающее из своих складок серые струи пыли. Прогоревший чугунок с двумя дырками, похожими на глаза, трещина, похожая на рот... Сейчас все стало таким маленьким, таким нестрашным. А ведь он помнил этот чугунок, когда едва мог обхватить его обеими руками. И было время, когда он сам боялся огородного пугала... «Чучела» — как он его называл. Саша снял чугунок с шеста, опустил на пол и покатил. Чугунок, подпрыгивая на горбатых досках, описал широкую дугу. Юра поймал его, поднял и рассмотрел. — Тащи его вниз, — сказал Саша, — мы снова сделаем чучело. — А сундук? — спросила Аня. — Давай его тоже возьмем? — И сундук. Саша, конечно же, помнил этот сундук: там бабушка хранила лекарственные травы и часто склонялась над ним, поводя своим горбатым носом, таким же, как у мамы, как и у него самого. Бабушка перебирала холщовые мешочки, рассматривала всякие побрякушки, задумчиво перетирала щепотью порошки... Колдунья? А почему бы и нет... Ведь называют хороших докторов волшебниками! И пусть настоящих волшебников и не бывает, но все же... Ведь дал же Гудвин, «великий и ужасный», мозги Страшиле, сердце Железному дровосеку и смелость Трусливому льву... А был-то он простым фокусником. И Саша хорошо помнил, как бабушка лечила его от простуды травами, а однажды — избавила от сильной боли, когда его ужалила пчела... Саша и Юра доволокли сундук до люка, Юра встал на лестницу, и они вдвоем спустили сундук в комнату. Стоя внизу, Саша помог девчонкам: сначала Марине, потом — Ане. Со стороны казалось, что он такой заботливый, настоящий кавалер. На самом деле ему просто хотелось потрогать девчонок. Он достаточно насмотрелся на обеих, когда они нагибались с тряпками, знал, какого цвета у них трусики, и теперь не мог решить, которая из них ему нравится больше. Уборка была закончена, на плите шипел чайник. Теперь все вместе пили на кухне чай. — В каждой деревне, — говорила мама, — был раньше один гармонист, один деревенский дурачок, один колдун или колдунья. Таковой обычно считали старушку, которая разбиралась в травах, умела лечить соседей. А моя мама, Елена Тимофеевна, в войну была медсестрой, а после — работала врачом в амбулатории на станции. Но и выйдя на пенсию, она продолжала лечить людей. Вот и получилось, что на должность деревенской колдуньи как бы заступила она. В этом нет ничего странного и ничего страшного. Это конечно! — подумал Саша. Но только теперь он обратил внимание на то, что вся обстановка дома была такой загадочной, такой темной... Девчонки рассматривали старый бабушкин альбом, который мама достала с верхней полки в чулане. Там была бабушка, мама с папой, сам маленький Саша. Девчонки стукались головами, их косички болтались и путались. Саша икоса заглядывал за вырезы их платьев, когда они склонялись над фотографиями. Обе девчонки очень волновали его. У них уже были груди, как будто под тканью катались маленькие незрелые яблоки... Незаметно наступил вечер. Мама убрала со стола чашки и захлопнула альбом. — Давайте-ка по домам. Вас, небось, ищут давно. Все вышли на крыльцо. Саша взял фотоаппарат и сфотографировал своих новых друзей с самой большой выдержкой и диафрагмой, на которую только был способен «Любитель», но фотография все равно получилась темной. |