Книга Искатель, 2010 № 10, страница 2 – Сергей Юдин, Александр Юдин, Сергей Саканский, и др.

Солнце уже перешло далеко за полдень, когда Ассур добрался до небольшой гранитной скалы, очень похожей по своему виду на языческий жертвенник. Скала имела не более шестидесяти метров вышины; верхняя часть была плоской, но совершенно недоступной, нижняя спускалась к земле покатостью, по которой могла вскарабкаться разве обезьяна, а не человек. На половине ее высоты виднелось незначительное круглое отверстие и перед ним длинная горизонтальная скважина, открывавшая вход в обширную, но абсолютно неотличимую от подножия пещеру. Именно тут и находился его временный лагерь.

Место для тайной стоянки Ассур выбрал не случайно. Он знал, что здешние леса почти непроходимы для тех, кто незнаком с местностью и всеми проложенными в них воровскими тропами. Вековые неохватные стволы теснились здесь друг возле друга; корявые пни и корни деревьев, вырванных частыми в этих краях бурями, загораживали дорогу со всех сторон; колючие кусты и тысячи нитей от вьющихся растений, снабженных острыми, нередко ядовитыми шипами и широкими листьями, пересекали путь и составляли непроницаемую сеть, через которую можно было прорваться разве только с помощью топора и лазерного ножа.

Охотники тут показывались не часто: крупных зверей, вроде допотопных медведей, кабанов и диких коз, не говоря уже о позабытых зубрах или барсах, в кавказских лесах давно не водилось, а из мелкой живности попадались разве только лисы, куницы да шакалы. Последних, правда, было несметное количество.

И вообще, лучше этой самой природой устроенной крепости нельзя было и придумать для убежища. Продолговатая скважина защищалась натуральным бруствером, сверху ее прикрывал нависший широким козырьком уступ; отверстие можно было баррикадировать, в случае нужды, камнями, лежащими во множестве на дне пещеры, а самая скала едва виднелась среди непролазной чащи дремучего горного леса.

Ассур ловко преодолел неприступный на вид подъем и зашел в пещеру. В дальнем углу ее матово поблескивал обтекаемый серебристый корпус нового аэромоба-амфибии, предоставленного в его распоряжение Священной Конгрегацией. То был, по уверению Генерала-хранителя, аппарат наисовершеннейшей конструкции, вместивший в себя все последние достижения технической и дизайнерской мысли.

Действительно, аэромоб, или, правильнее, аэроморф, показал себя во время перелета сюда из Великой Моравии с самой хорошей стороны. В отличие от своих предшественников он имел повышенную безопасность эксплуатации в режимах вертикального взлета и посадки, а также — что немаловажно — исключительную экономичность подьемно-маршевой силовой установки. Это транспортное средство воистину нового поколения оказалось легким и стремительным, как самолет, и, при желании, экономичным, будто велосипед. Его композитный двигатель работал практически на любых видах топлива и даже на сжатом воздухе, а при необходимости легко переходил в реактивный режим. Но самое главное, его можно было использовать не только как летательный аппарат или авто, но и в качестве катера или подлодки, ибо он был приспособлен для форсирования значительных водных преград и погружения на небольшие глубины.

Аэроморф состоял из расположенной в передней части эллиптического складывающегося монокрыла закрытой кабины весьма рациональной формы, гарантирующей при сохранении комфорта наименьшее аэродинамическое сопротивление, и пары тяговых установок в виде компактных поворотных мотогондол. Шасси комплектовалось из двух убирающихся задних колес и тоже убирающихся вместе со стойкой спаренных передних колес; по воде аппарат мог передвигаться как за счет турбодвигателя, так и на воздушной подушке, а взлетать и садиться практически на любую поверхность с минимальным диаметром около пяти метров.