Онлайн книга «Искатель, 2010 № 11»
|
— Какие проблемы, Владимир Григорьевич? Будьте уверены, все, что зависит от меня, будет исполнено. 5 Однажды в Заводской отдел позвонилй с радио и попросили кого-нибудь поучаствовать в передаче под названием «Уголок Остапа Бендера». Все отказались, а Гончаков согласился. Когда Гончаков в редакции сел за стол, щуплая корреспондентка сразу начала: — Расскажите, а у вас, гражданин следователь, были дела мошенников? — Еще бы! — И кто? — Да вот недавно дельце было. Один Веня определенной национальности, вы меня понимаете, какой, старым девам квартиры предлагал. Они ему ссужали деньги. Эти деньжата, как вы уже, надеюсь, догадались, сразу исчезали... — Класс! — И самое интересное, в числе обманутых оказалась учительница географии, кандидат медицинских наук... Умные женщины. А прокололись... Следователю было задано много вопросов, на которые он легко ответил. Передача удалась. На следующий день после выхода передачи в эфир коллеги жали руку Гончакову: — Ну ты и повеселил же нас... Он-то и не думал, что все безо всяких сокращений дадут по радио — а дали. Корреспондентка с новой передачей к нему: теперь о преступности. Гончаков и тут многое рассказал: — Это раньше говорили, преступность — родовое пятно капитализма... Если следовать этому признаку, то пятно должно проявиться и у потомков. А это не всегда бывает... Так что это не родовое пятно! А наживное... Вот у меня недавно было дело... Чеченец на миллион баксов обул банки. Я объявил его в розыск. Его задержали в Саровской области. И этапировали к нам. Статья у него от восьми до пятнадцати! И вот приезжает его дядя — начальник следственного отдела Шаринского РОВД — Сайхан, подполковник. — Ты следователь? — Да, я. — И я следователь. Отпусти под подписку моего племянника. — Так у него статья, ты же сам знаешь... — Ладно, статья... Сколько тебе надо? Десять тысяч баксов хватит? — Знаешь, Сайхан! Мы ведь не на Кавказе. Мы в России. Здесь разговор может быть только на другую тему. — Знаю... Я уже вашим здесь столько насовал... Двадцать косых мало? — Мало. — Ну, ты знаешь, Ахмед взял две «девятки», новые, мы тебе их отдаем... — Мало. — Ты наглеешь! У нас такса: министру дают одну «девятку» за прекращение расстрельного дела, а ты, сраный следователь, выпендриваешься и не берешь... — Не беру... У меня вот «копейка» вся разбитая ездит, а окажись я на «девятке», да еще новой, сразу заинтересуются, и все сойдется — это после дела Ахмеда... И посадят... — Не посадят... Договоримся.... — Ступай-ка ты, Сайхан! — Я-то уйду, но ты теперь ходи да оглядывайся... У Ахмеда ведь три брата, да и отец, а мы пока в силе... Я к руководству: дайте оружие. А они: еще тещу грохнешь, и за тебя потом отвечай... А я ведь знаю, что такое слово чеченца... Что они говорят, на сто процентов выполняется потом... И мне не себя защитить надо, а хотя бы жену, ребенка... Шиш! Не дали. Послал дело в суд. И вот как-то звонок: — Ты шивой? — Шивой... Голос Сайхана. — Варяжская судья Томина год дала ему и в зале суда выпустила... Вот вам и борьба с преступностью... 6 И эта передача была принята на «ура», а руководство снова начало коситься на Гончакова. Потянулось недовольство из судейских коридоров. Корреспондентка, ну шальная, прилипла и стала уговаривать Гончакова рассказать о себе. Долго уговаривала... Он не соглашался... Но не выдержал. |