Книга Убийство в Кьянти, страница 19 – Камилла Тринкьери

— Криминалисты подтвердили, что одежда на нем была американской, включая золотистые кроссовки, но это необязательно делает егоамериканцем. В одном только Нью-Йорке миллионы туристов скупают тонны «американских» вещей, сшитых детьми в какой-нибудь стране третьего мира с дешевой рабочей силой. – Перилло снял с кресла замшевую куртку из итальянской овчины, скроенную и сшитую во Флоренции, и накинул на плечо. – Дорогой Даниэль, будь осторожен с поспешными выводами. Телефон ждет тебя, а я навещу четырех местных ювелиров. Возможно, кому-то из нас повезет. Ciao.

Даниэль проводил взглядом начальника – тот неторопливо направлялся к двери, мягко ступая в новых замшевых ботинках и куртке в тон. Юноша знал, куда первым делом заглянет маршал – в кафе за углом, за своим десятым или двенадцатым эспрессо за день. Как только у этого человека не тряслись руки от всего выпитого кофеина? Даниэль перевел взгляд на экран своего компьютера. На заставке стройная линия кипарисов на фоне чистого голубого неба. Снимок, который в итоге украсил бесчисленное количество открыток. Бо́льшую часть времени он любил свою работу, ему нравился начальник. Мир за кипарисами подождет. Даниэль взял свой мобильный телефон и набрал первый номер из записной книжки.

Нико и Тильда сидели за столиком на террасе ресторана, глядя вниз на темную долину, усыпанную огоньками далеких городков. В небе тоже мерцали свои, далекие огни, а луна сияла тонкой улыбкой. Больше всего посетителей привлекал вид, открывающийся из ресторана «Сотто иль Фико». Еда была хороша, но вид… вид был потрясающий. Было уже за полночь, и заведение опустело, лишь легкий ветерок шелестел листьями инжира. Столы были убраны, посуда перемыта, кухня закрыта. Энцо отвез мать домой, а Стелла ушла с Джанни. Пришло время расслабиться за бокалом «Саммарко» 2013 года, «супертосканского» красного, с которым Нико познакомил Энцо.

— Похоже, Джанни передумал, – нарушил тишину Нико, – Стелла снова улыбается.

— Это ненадолго, я знаю свою дочь. Он принес ей цветы. Это уловка. Ему нужно, чтобы она снова в него влюбилась, прежде чем он возобновит свои требования, и она это понимает.

Нико услышал гнев в ее голосе. С чего вдруг? Он не мог поверить, что Энцо когда-либо обращался с Тильдой подобным образом, он был хорошим человеком, «соль земли», как однажды назвала его Рита.

— Я рад, что мои «фузилли а-ля Рита» разошлись на ура. – Он не столько хвастался, сколько пытался сменить тему.

— Мои поздравления, Нико. Они были восхитительны. Ты добавил ровно столько чеснока, руколы и масла, сколько нужно. Видел, как Эльвира тайком воровала их с тарелки Энцо, когда думала, что мы не смотрим?

Нико рассмеялся.

— Полагаю, они ей понравились, но она никогда не признается в этом.

— Даже на смертном одре.

— Я бы запек больше помидоров, если бы они у меня были. Я обчистил все свои грядки.

— На воскресном рынке в Панцано их будет предостаточно. Съездим вместе, если хочешь.

— Считай, что рецепт теперь твой, – ответил Нико. – Я хочу попробовать приготовить и другие блюда.

— Любой рецепт Риты здесь будет в почете.

— А как насчет моих?

Тильда рассмеялась.

— Сначала мне придется попробовать.

— Договорились. – Они чокнулись бокалами и отпили по глотку. – Вино просто божественное, – отметил Нико.