Книга Убийство в Кьянти, страница 126 – Камилла Тринкьери

— Что именно? – Он понятия не имел, к чему она клонит.

— Ты ошибаешься насчет Стеллы.

— Что вы имеете в виду?

— Стелла родилась раньше срока, и, как у всех новорожденных, у нее были голубые глаза. Злые языки тут же зашевелились. В маленьком городке сплетни множатся сами собой. То, что Энцо сделал Тильде ребенка еще до свадьбы, никого не удивило, поэтому решили, что был вынужден жениться. Моя невестка всегда была женщиной сильной и прямой, многим это не нравится, но именно за это я ее уважаю.

Нико попытался сохранить невозмутимое выражение лица, но Эльвира все поняла.

— Знаю. Я не всегда бываю с ней ласкова, меня не учили проявлять чувства. Но я о ней забочусь. Просто иногда мне хочется повернуть время вспять, чтобы рядом снова были муж и сын. Мне не следует жаловаться, ведь у меня есть добрый, любящий сын с прекрасным характером, которого Тильда отлично поддерживает. Когда-то это была моя работа. – Она перевела взгляд на колени и разгладила синее домашнее платье.

Нико передвинулся на другую часть дивана и провалился – пружин там совсем не было.

Эльвира подняла глаза.

— На чем я остановилась?

— На злых языках?

Она поджала губы, сделала глубокий вдох и выдох. То, что она собиралась сказать, явно причиняло ей боль.

— Когда Стелле было шесть или семь месяцев, ее голубые глаза стали теми прекрасными зелеными, которые ты видишь сейчас. В тот момент, когда ее глаза стали достоянием общественности, злые языки ушли за закрытые двери. Гуляя по улице с ребенком, мы встречали гробовую тишину. Это означало, что мысли окружающих стали еще более гнусными. Для них было ясно, что Тильда – та самая таинственная девушка Робби, а Стелла – его ребенок.

Нико хотелось заметить, что сама Эльвира еще совсем недавно намекала на это. Но вместо этого он сказал:

— Маршал расспрашивает об этой женщине. Пока никто не указал ни на Тильду, ни на кого-либо еще.

— Потому что зеленые глаза ничего не доказывают, и они это знают. Кроме того, женщины в этом городе не предают друг друга. – Эльвира посмотрела на Нико с укором. – Ты тоже думаешь, что Стелла – дочь Робби.

— Почему вы так считаете?

— Ты задавал Тильде вопросы, после чего она была расстроена. Она умеет держать себя в руках, но я очень хорошо ее знаю. У нее сжаты челюсти с тех пор, как ты говорил с ней на ступенях церкви. – Эльвира расстегнула сумочку, лежавшую рядом, выудила маленький ключ и помахала им в сторону тяжелого темного комода, втиснутого между двумя окнами. – Пожалуйста, открой второй ящик и принеси мне фотоальбом.

Нико сделал, как его просили. В животе у него все сжалось от ожидания. Он отдал Эльвире альбом и вернулся на свое место.

Эльвира аккуратно протерла носовым платком обложку из тисненой кожи и положила альбом на колени.

— Я покажу тебе, почему ты и злые языки ошибаетесь. – Она медленно перелистывала рассыпающиеся страницы. Каждая из них была заполнена маленькими черно-белыми фотографиями с волнистыми белыми краями. По мере того как она листала, многие фотографии выпадали из уголков. Эльвира громко, с удовлетворением выдохнула и протянула альбом.

— Вот она. Осторожно, а то все фотографии окажутся на полу.

Нико бережно взял альбом и положил его себе на колени.

— Справа, – голос Эльвиры повысился, – видишь ее? У нее зеленые глаза, и она – вылитая Стелла.