Книга Бывший. Ты пожалеешь!, страница 105 – Ира Орлова, Виктория Ким

Кирилл делает шаг вперёд. В его движениях нет спешки, но каждое выверено настолько, что мне самой невольно хочется отступить. Его фигура отбрасывает длинную, угрожающую тень.

— Тот, кто может сделать так, что ты долго будешь вспоминать этот вечер, если сейчас не исчезнешь, – его голос ровный, даже спокойный, но в нём звучит угроза, от которой становится холодно.

Мужчины переглядываются, как стая, которую внезапно застали врасплох. Один из них что-то невнятно бормочет, дергая другого за руку, и они начинают отходить. Шум их шагов постепенно затихает, оставляя меня и Кирилла на пустой улице.

Я стою, сжимая пакет в руках, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди. Кирилл подходит ближе, на его лице ни единой эмоции, но в глазах мелькает беспокойство.

— Всё в порядке? – обращается он ко мне, но теперь уже мягче, почти заботливо.

— Да, – выдыхаю я тихо. Пытаюсь собрать мысли, только вот дрожь в коленях предательски выдаёт моё состояние.

Он окидывает меня взглядом, в котором странно сочетаются острота и… одобрение?

— Неплохо справилась, – усмехается он, уголки его губ приподнимаются. – Но в следующий раз будь умнее. Не рискуй, понятно? Здесь полно всякого сброда по ночам ошивается.

— Я сама разберусь, – отвечаю резко, пытаясь вернуть контроль над ситуацией.

Полно всякого сброда. Ему-то откуда быть настолько в курсе всей ситуации. Он тут каждую ночь обход что ли делает?

Но Кирилл лишь качает головой на мою колкость, и в его взгляде читается нечто, что раздражает ещё больше.

— Уверен, что разберёшься, – говорит он насмешливо. – Но всё же. Пакет давай, помогу.

— Не надо, – парирую я, стараясь отстраниться.

— Упрямая, – произносит Кирилл с едва заметной усмешкой, и прежде чем я успеваю что-либо возразить, он легко выхватывает у меня из рук пакет с продуктами.

— Эй! – возмущённо вскрикиваю я, но он уже идёт к подъезду, даже не оглядываясь, будто заранее зная нужное направление.

Он следил за мной?!

— Какая квартира? – бросает он через плечо, уверенно шагая вперёд.

Его вопрос чуть успокаивает меня. Если и следил, то не до самой квартиры. Однако раздражение, связанное с поведением этого мужчины, никуда не пропадает.

— Вы всегда такой наглый? – выпаливаю я, догоняя его.

Вместо того чтобы остановиться или хотя бы сбавить шаг, он просто кидает взгляд через плечо, в котором читается вызов.

— Наглый? – повторяет он. – Нет, просто не люблю, когда женщины таскают тяжести.

Я открываю рот, чтобы ответить, но вместо этого ловлю себя на том, что уже называю номер квартиры. Меня раздражает его дерзость, но ещё больше раздражает, что мне вдруг становится приятно от этой грубой заботы абсолютно незнакомого мужчины.

Мы заходим в подъезд, и я даже не успеваю ничего сказать, как он уже поднимается по ступенькам, неся мой пакет так, будто он ничего не весит. На мгновение мне кажется, что этот человек всегда знает, что делает, и не привык спрашивать разрешения.

Дверь открывается, как только мы подходим, и на пороге появляется Семён. Его лицо сразу освещается широкой улыбкой, как только он видит Кирилла.

— Кирилл Анатольевич! – радостно восклицает сын, протягивая руку для крепкого рукопожатия. – Вот это встреча! Вы к нам?

Кирилл протягивает руку, его уголки губ слегка приподнимаются в едва заметной улыбке.