Книга КоммунАллочка, страница 94 – Виктория Арана

Юра заулыбался. Я смутилась. Хотела, называется, держаться тише и незаметнее. Он начал рассказывать про Гэтсби, про его первые успехи в самостоятельной жизни в квартире в отсутствии хозяина. Коржик выл всего два часа из трёх. Соседи пригрозили жалобой, но последний час собака всё равно провела в спокойствии.

Я машинально кивала, думая, что мне без животного дома стало совсем невыносимо. Я ковыряла вилкой в пластиковом контейнере, вяло жуя когда-то любимую лапшу. Юра внимательно следил за каждым моим действием и сам ел довольно активно. Заметила, что он больше не выглядел изнурённым. Значит, успел поспать, пока я разбиралась с конспектами.

— Так ты решил свои проблемы? – зачем-то спросила я.

— Старые решил, осталась новая, – спокойно ответил Юра. – Но я работаю над этим.

Намёк был слишком прозрачным. Настолько, что он указал на меня пальцем, чтобы точно не осталось никаких сомнений.

— А ты не думаешь, что эту проблему лучше оставить, как есть, и идти дальше без неё?

— Ну, проблема возникла из-за моей ошибки. Значит, только в моих силах её исправить.

— Уже изобрёл машину времени?

— Она мне не нужна. Пока со мной разговаривают в настоящем, возвращаться в прошлое не обязательно. Если только это действительно не ты украла тот кабачок и мне не нужно замести следы.

Я громко цокнула и отодвинула тарелку с едой. Эта тема и так стала кабачком раздора между мной и соседями. Ладно бы, реально украла, так нет же! Посмотрела на Юру со злостью. Тот сразу же поднял руки, признавая поражение в шутках.

— Я говорю с тобой только потому, что в моей квартире не поместится всё то, что ты можешь сюда отправить. И выкинуть я это не могу. Совесть не позволит.

Врала, конечно. Если бы совсем не хотела его видеть, не пустила бы.

— Помни об этом на всякий случай.

— Угрожаешь мне подарками?

— Угрожаешь мне закрытой дверью?

— Ты заслужил.

— Заслужил. Но это не значит, что я не могу исправиться. Или, что не хочу.

Мы уставились друг на друга. Мне было плохо каждый раз, когда он на меня смотрел. Хотелось снова почувствовать человеческие объятия. Я так устала от бесконечного одиночества, что готова была выть. И вот он тут. Человек, в котором ещё неделю назад я хотела утонуть. Сидит на моей маленькой кухне, ест продукты, которые сам разложил на полках, несмотря на все протесты против общения с ним. Я вздохнула. Поняла, что не отстанет.

— Сначала расскажи мне обо всём.

Его глаза сверкнули. Он придвинулся ближе. Наши коленки соприкоснулись. Я вздрогнула от прикосновения. Юра заговорил. Тихо и спокойно. Он рассказывал мне историю своей жизни. О том, как рос и взрослел. Про родителей, нянь и друзей. Про Аврору, что была дочкой лучшего друга его папы. О том, как они вынужденно проводили много времени вместе едва ли не с рождения.

В конце-концов приятельство переросло в дружбу, потом – в отношения. Всё происходило само собой, будто так было предназначено. Родители, разумеется, поддерживали детей. Ещё бы – это ведь главная мечта всех лучших друзей. Породниться через отпрысков.

По мере взросления отношения с Авророй менялись в худшую сторону. Юра ни в чём её не винил, просто они видели развитие в кардинально разных векторах и отказывались понимать друг друга. Отношения остывали. Два года назад Юра впервые предложил расстаться. Со всех сторон это предложение восприняли в штыки.