Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 50 – Арина Вольская

За проверку одного договора юристы выставили счёт, который в прежнем бюро Лидия подписала бы не глядя. Теперь она позвонила и попросила объяснить, почему работа заняла шесть часов. Юрист спокойно перечислил спорные пункты, риски и предложенные изменения.

Лидия выслушала, поблагодарила и оплатила.

Экономить на границах она больше не собиралась.

Претензия «Сафронов и партнёры» пришла в движение быстрее студии.

Виктор потребовал предоставить конкурсные материалы, приостановить подписание основного договора и провести сравнительный анализ проектов. Компания Карелина направила претензию своим юристам. «Рубеж» временно остановил оформление консорциума, не желая входить в спор об интеллектуальных правах.

На два дня работа оказалась подвешена.

Лидия продолжала готовить программу обследований, но не могла заказать часть работ, пока не было ясно, кто имеет право использовать архитектурную концепцию.

Марина Власова передала дело независимой юридической компании. Её руководитель, сухой мужчина по фамилии Гребнев, начал разговор с неприятного вопроса:

— Вы использовали материалы, созданные в период работы у Сафронова?

— Профессиональный опыт — да.

— Меня интересуют материалы.

— Нет.

— Ни одной схемы? Ни одного шаблона? Ни одной детали из старых проектов?

— Я использовала собственный диплом, исходные данные Карелина, новое обследование и материалы «Рубежа».

— Диплом находился где?

— В мастерской моего отца.

— С какого года?

— С момента защиты. Потом часть времени — в моём личном архиве, который также хранился там.

— Можете доказать?

Лидия показала деревянный ящик, старые листы и фотографии мастерской, сделанные после смерти отца при описи наследства. На одной фотографии ящик стоял под столом. На другой виднелся угол свёрнутого генерального плана.

Этого было недостаточно для доказательства содержания, но университетский архив сохранил копию пояснительной записки, дату защиты и перечень листов. В архиве «Северной пристани» находились фрагменты той же работы с подписью Лидии Вороновой.

— Хорошо, — сказал Гребнев. — Теперь новая концепция.

Антон предоставил историю файлов. Первые цифровые модели были созданы после заключения конкурсного соглашения. Все исходные данные поступили от Карелина или «Рубежа». Переписка показывала, как решения менялись после обследований.

Старый диплом предполагал единый запуск комплекса, открытые галереи и зимний сад.

Новая концепция строилась на поэтапном вводе, временной инфраструктуре, частичной разборке северного крыла и отдельной башне для вертикальных коммуникаций.

Общее между ними заключалось прежде всего в самом здании.

Юристы Виктора ссылались на то, что метод поэтапного запуска и функциональное зонирование использовались в нескольких проектах «Сафронов и партнёры».

Гребнев прочитал формулировку и впервые позволил себе усмешку.

— Метод поэтапного ввода не принадлежит вашему мужу. Иначе половина строительной отрасли должна была бы платить ему лицензионные отчисления.

— Они утверждают, что конкретная схема разработана в бюро.

— Пусть покажут конкретную схему и докажут совпадение.

Бюро Виктора прислало материалы двух прежних объектов.

Совпадения оказались общими: разделение общественных и гостиничных потоков, временное использование части участка, последовательное открытие помещений. Ни планировочные решения, ни архитектурный образ, ни экономика не повторялись.