Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 32 – Арина Вольская

— Это нужно убрать, — сказал Сергей. — Всё позднее наполнение.

— Не всё позднее обязательно лишнее, — возразила Лидия.

— Фанеру хотите сохранять?

— Фанеру — нет. Но прежде чем называть что-то поздним, нужно определить, к какому периоду оно относится. Здание перестраивали несколько раз. Часть советских изменений может иметь собственную ценность.

Сергей посмотрел на Романа.

— Я предупреждал, что реставраторы затянут нам сроки.

— Лидия Андреевна пока не реставратор проекта, — заметил Карелин.

— Пока? — переспросила она.

Роман не ответил и направился дальше.

Они поднялись на второй этаж. Здесь было холоднее. В разбитых окнах шевелилась плёнка, натянутая рабочими. Из коридора открывался вид на реку, серую и широкую. За ней стояли новые коттеджи, слишком яркие и правильные рядом с почерневшим зданием пристани.

Лидия остановилась у окна.

— В дипломе здесь была открытая галерея, — сказала она.

— Вы помните проект настолько подробно? — спросил Роман.

— Я прожила с ним почти год.

— А потом?

Она поняла вопрос.

— Потом началась другая работа.

— Вы никогда не пытались вернуться к этой идее?

— Здание принадлежало государственному предприятию, потом его несколько раз передавали из одной структуры в другую. Ни у кого не было денег. Позже я перестала следить.

Роман опёрся рукой о подоконник, предварительно проверив, не осыпается ли штукатурка.

— Странно, — сказал он. — Люди обычно следят за первой большой работой.

— Это не была работа. Только диплом.

— Для вас — возможно.

Он произнёс это без особого ударения, и всё же Лидия повернулась.

— Что вы имеете в виду?

— В архиве прежнего владельца сохранилась копия вашего проекта. Не вся, несколько листов и пояснительная записка. Судя по пометкам, в конце девяностых её использовали, когда обсуждали возможную реконструкцию.

— Без меня?

— Насколько я понял, никакой реконструкции тогда не состоялось.

— Но проект остался в архиве.

— Да.

Лидия посмотрела на пол. Под слоем пыли виднелись следы от старых шкафов.

Когда-то она оставила копию диплома администрации объекта, полагая, что этим помогает зданию. Потом не вспоминала о ней. Выходило, её линии лежали здесь всё это время — среди актов, схем коммуникаций и давно утративших силу разрешений.

— Поэтому вы нашли моё имя? — спросила она.

— Поэтому.

— И сразу решили пригласить меня?

— Нет.

Ответ прозвучал спокойно и почти сухо.

Лидия подняла брови.

— Честно.

— Вы предпочитаете другое?

— Предпочитаю понимать мотив.

— Тогда пройдёмте в речной зал. Там безопаснее разговаривать.

Они спустились по боковой лестнице и прошли в правое крыло. Двери ресторана давно исчезли, но сам зал сохранил величие. Потолок поднимался почти на два этажа. Высокие окна выходили к воде, и даже грязные стёкла пропускали достаточно света, чтобы увидеть остатки росписи, лепные розетки и широкую лестницу, ведущую на галерею.

В центре стоял длинный складной стол. На нём лежали планы, каски, термос и несколько папок.

— Временный штаб, — объяснил Сергей. — Электричество подвели только в двух помещениях.

Роман снял перчатки и открыл одну из папок.

— Я приобрёл комплекс полгода назад, — сказал он. — Вместе с прилегающей землёй, причалом и несколькими хозяйственными строениями. Сделка готовилась почти два года. Продавец хотел продать участок под новое строительство, но охранный статус центрального корпуса этому помешал.