Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 3 – Арина Вольская

Она не стала спорить.

— Покажи мне новую версию, — сказала Лидия Алисе.

Та протянула телефон. Лидия прочитала текст. Абзац о библиотеке был удалён полностью, а вместо него появилось предложение о том, что архитектура обязана «ломать границы привычного и бесстрашно вторгаться в будущее».

— Виктор, — сказала она, — если тебя спросят, за что именно награждён проект, ты ответишь про сохранение несущего контура и восстановление исторической кладки. Формулировка есть в старой версии.

— Я помню.

— Нет, не помнишь. Ты не был на обследовании западной стены.

Он посмотрел на неё уже без улыбки.

— Лидия, мне сорок минут рассказывать комиссии про кирпичи?

— Тебе нужно две фразы.

Она произнесла их медленно. Виктор повторил почти слово в слово и кивнул.

— Отлично, — сказала Алиса. — Теперь можно идти?

Лидия вернула ей телефон.

— Теперь можно.

Алиса взяла Виктора под локоть. Жест был естественным, почти деловым, но её пальцы задержались на ткани его пиджака чуть дольше, чем требовалось. Лидия заметила это и тут же отвела взгляд.

Она не любила подозрений. Подозрение казалось ей разновидностью профессиональной лени: вместо фактов человек строит догадки, а потом начинает жить внутри них. В браке она придерживалась того же правила. Если Виктор задерживался, значит, задержался. Если не отвечал, значит, был занят. Если возвращался в два часа ночи после ужина с заказчиками и пах чужими духами, это ещё ничего не доказывало.

Двадцать пять лет совместной жизни давали достаточно материала для ревности, обиды и недоверия. Но Лидия предпочитала то, что можно измерить.

Третья неприятность обнаружилась за семь минут до выхода Виктора на сцену.

В папке номинантов отсутствовало приложение к конкурсным материалам — то самое, где была указана Лидия как главный архитектор проекта. В основной форме стояло только название бюро и фамилия Виктора.

Она нашла секретаря оргкомитета в коридоре за сценой. Девушка в гарнитуре сначала уверяла, что приложение не требуется для церемонии, потом сослалась на регламент, а затем сказала, что любые изменения после начала мероприятия невозможны.

Лидия попросила показать утверждённый пакет документов.

— У нас сейчас нет времени, — раздражённо ответила секретарь.

— У вас его станет ещё меньше, если завтра комиссия получит официальный запрос о несоответствии конкурсной заявки авторскому составу.

— Но на экране всё равно будет только Виктор Павлович.

— Я не прошу выводить моё имя на экран. Я прошу вернуть документ в папку.

Секретарь внимательно посмотрела на неё, словно впервые поняла, с кем разговаривает.

— Вы Лидия Сафронова?

— Да.

— Я думала, вы…

Она не договорила.

— Что?

— Ничего. Сейчас проверю.

Через две минуты приложение нашлось в стопке неподписанных листов. Его вложили в папку. Формально всё было исправлено.

Лидия вышла в зал, когда погас общий свет и на сцене уже звучала музыка. Она заняла место в первом ряду рядом с представителями бюро. Справа от неё сидел главный инженер Николай Евгеньевич, слева оставили свободное кресло для Виктора.

Алиса устроилась через проход, хотя по плану должна была сидеть в пятом ряду с пресс-службой. На ней было платье, слишком вечернее для профессиональной церемонии и слишком хорошо выбранное, чтобы это можно было назвать случайностью.