Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 116 – Арина Вольская

Она увеличила изображение.

— Михаил.

Он подошёл.

— Это было раньше?

— Какая дата снимка?

— Четыре двенадцать.

— Старый маяк цел?

— На фотографии не видно.

Михаил вызвал специалиста с датчиками.

Через несколько минут ответили: маяк не разрушен, раскрытие не увеличилось. Трещина старая, просто после намокания стала заметнее.

Лидия выдохнула.

Роман стоял рядом и держал телефон.

— Что?

— Пока ничего.

— Вы сказали так, будто это хорошие новости.

— Сейчас отсутствие новых повреждений и есть хорошие новости.

Он посмотрел на неё.

Лицо у Лидии было мокрым от дождя, волосы выбились из-под каски, на рукаве осталась полоса кирпичной пыли. Она не знала, как выглядит, и впервые за много лет это не имело никакого значения.

— Вы устали, — сказал Роман.

— Все устали.

— Это не ответ.

— Другого нет.

— Через час вас сменят.

— Кто?

— Ксения уже едет.

— Ксения реставратор, а не главный архитектор.

— Тамара Аркадьевна на месте. Михаил ведёт конструкции. Сергей — площадку. Вы определили приоритеты и допустимые демонтажи.

— Может возникнуть новое решение.

— Тогда вам позвонят.

Лидия посмотрела на него.

— Вы пытаетесь убрать меня с объекта?

— Нет. Пытаюсь не допустить, чтобы вы перестали понимать вопросы от усталости.

— Я понимаю.

— Сейчас — да.

Он говорил спокойно, без приказа.

Лидия хотела возразить, но вспомнила собственные слова о том, что хороший руководитель не должен превращать себя в единственную точку решения.

— Полчаса, — сказала она.

— Час сна.

— Сорок минут.

— Сорок пять.

— Хорошо.

В машине Романа откидывались задние сиденья. Водитель принёс плед. Лидия легла, не снимая куртки, и была уверена, что не уснёт.

Последнее, что она услышала, — как Роман просит не будить её без решения, требующего именно архитектурной оценки.

Проснулась она через сорок семь минут.

Телефон не звонил.

Здание стояло.

Пик воды пришёлся на пять двадцать утра.

Уровень оказался выше второго прогноза ещё на девять сантиметров. Нижний подвал был затоплен почти полностью. Часть нового технического блока пришлось разобрать. Временная дорога к причалу исчезла под водой. Поток повредил ограждение, унёс несколько секций лесов и сместил складированные новые материалы.

Но центральный корпус выдержал.

Речной зал сохранился.

Старый фасад не потерял ни одного крупного элемента.

Северное крыло получило дополнительное повреждение у основания, однако временный отвод не позволил воде разрушить открытый участок фундамента.

Когда река начала медленно отступать, никто не произнёс слова «победа».

Началась проверка.

Инженеры снимали показания маяков.

Геодезисты повторяли измерения.

Аварийная служба не разрешала спускаться в подвал до проверки электрических сетей и качества воздуха.

Подрядчик составлял ведомость потерь.

Реставраторы осматривали намокшие поверхности и определяли, где вода принесла соли и грязь.

Лидия прошла по первому этажу только после официального разрешения.

Вестибюль выглядел тяжело. На полу лежал ил. Нижняя часть стен потемнела. Через открытые двери входил холодный утренний свет.

Речной зал встретил их тишиной.

Вода вошла на несколько метров, оставив грязную линию на каменном полу, но не поднялась к деревянным панелям и лепным основаниям. Колонны стояли. Высокие окна смотрели на медленно успокаивающуюся реку.