Книга Измена. Прости, но я верну тебя, страница 79 – Мария Владыкина

Лежала, придавленная телом Миши, и просто прислушивалась к тому, что происходило снаружи. Сначала крики и топот, выстрелы, а теперь, кажется, голоса стали спокойнее. Всё закончилось? Это ведь было, наверное, хорошо? Ну, я выскажу всё, что думаю Мише, за то, что вообще втянул меня в подобное.

— Миш, отлично сработал. Пацаны, крутите этого, в больничку сразу. И руку перевяжите ему, чтобы не сдох по дороге.

Я не понимала, о чём шла речь, так как ничего не могла видеть. Зато чувствовала, как тяжело мне было держать Мишу на себе, он вообще не облегчал мне задачу, не двигаясь, и просто давя на меня словно всем своим весом. А он ведь был раза в два, если не в три меня крупнее.

Тело начало потихоньку подавать и свои сигналы, и я почувствовала, как при падении ударилась затылком, который начал потихоньку поднывать.

— Миш? — Снова тот же мужской голос. Почему Миша ему не отвечал, и не вставал с меня?

Мгновение, и я почувствовала облегчение, так как Миша поднялся. Точнее, я так думала, и только потом увидела, что он поднялся не сам, а его с меня сняли. И... Что-то мне не нравилось, как он выглядел. Глаза закрыты, и, кажется, закатывались, на лице не двигался ни одни мускул, рот приоткрыт. Он казался... неживым.

Оглушающий звон внутри, такой, что все звуки вокруг затихли. В помещении сейчас будто находились лишь я, и он. Сквозь эту тишину пробирались едва различимые возгласы.

— У него ранение! Скорую срочно! Дыхание слабое, пульса почти нет. Еб твою мать, кто-нибудь, зовите скорее врачей.

А ещё крик, такой, что разрывалось сердце. Даже не крик, а вой. И я не сразу поняла, что этот крик принадлежал мне.

— Миша-а-а-а! — Меня, наверное, было слышно сейчас в другой галактике, так громко и пронзительно это было. А я не могла остановиться, орала, ползла к нему, такому неестественно тихому. — Нет, нет, Миша...

По щекам уже катились слёзы, вой перемежался с истерикой. Я кое-как смогла к нему подползти, и взять за руку, она была холодной, и меня всю прошило ужасом. Я свалилась на пол рядом с ним, положив его ладонь под свою голову, и просто мычала и плакала, периодически плач переходил в новое завывание.

— Уберите её отсюда. — Вбежали какие-то новые люди, и меня пытались оторвать от Миши, но я не давалась.

— Нет! — Отбивалась я руками и ногами, не давая к себе подступиться.

— Мы должны оказать ему помощь! Отпусти, ты делаешь только хуже!

Кое-как меня отцепили от Миши, и вообще подняли и понесли на улицу. Какой-то мужчина, такой же здоровенный, как мой муж. Я перестала сопротивляться, повиснув безвольно на плече незнакомца.

Это не могло быть правдой. Он бы не оставил меня здесь одну. Он обещал всегда быть рядом, дать развод и добиваться. Чёрт возьми, я ещё не отыгралась на нём за произошедшее, он не мог просто сдаться и умереть, нет, только не так.

Мне и самой было плохо. И эмоционально, и физически. Сейчас я понимала, что это было следствием токсикоза, но мне были противопоказаны подобные стрессы. Один эмбрион уже перестал развиваться, а ради второго я должна была быть сильной.

И я так неаккуратно упала, и Миша на меня. Всё ли было нормально? Мне и самой, наверное, надо было в больницу, но мысли и душа были направлены только наверх, туда, где сейчас лежал Миша, и, я надеялась, ему оказывали помощь.