Книга Пышка в разводе. (не) влюбиться в босса, страница 14 – Майя Нур

Это была самая странная причина задержаться на работе, которую Вика когда-либо слышала. Но она осталась.

Через полчаса она обнаружила ещё одну неожиданность. Герман действительно работал иначе.

Днём он постоянно переключался между людьми, звонками и встречами. Вечером словно становился другим человеком. Без спешки просматривал документы, делал пометки карандашом, переписывал отдельные формулировки в договорах и время от времени подходил к огромной магнитной доске, где висели схемы нескольких проектов.

В какой-то момент он заметил, что Вика смотрит на одну из карт.

— Что?

— Можно вопрос?

— Можно.

— Почему вы всё это рисуете вручную? Есть же программы.

Герман несколько секунд рассматривал схему.

— Пока рисую, думаю.

— А компьютер?

— Слишком быстро соглашается.

Она неожиданно рассмеялась.

— Хорошая формулировка.

— Проверенная.

...

Около девяти вечера в животе у Вики предательски заурчало. Настолько громко, что притвориться было невозможно. Герман медленно поднял голову. Она закрыла лицо ладонью.

— Сделаем вид, что этого не было, — быстро сказала Вика.

— Не получится.

— Почему?

— Свидетелей двое.

Она обречённо вздохнула.

— Я не успела поужинать.

Герман закрыл папку.

— Я тоже.

Он достал телефон.

— Что любите?

— В каком смысле?

— Есть.

— А...

Она растерялась.

— Всё.

— Это очень широкий ассортимент.

— Тогда всё, кроме кинзы.

Герман впервые за вечер улыбнулся заметнее обычного.

— Наконец-то принципиальный вопрос.

Через сорок минут курьер привёз две коробки с едой.

Они ели прямо в переговорной, разложив контейнеры среди планов застройки и договоров. Никто не говорил о личном. Обсуждали клиентов, смешные случаи из практики, нелепые объявления о продаже квартир и мужчину, который всерьёз требовал указать в договоре, что сосед сверху обязуется никогда не сверлить стены.

— И что вы ему ответили? — спросила Вика.

— Что мы продаём квартиру.

— Не соседа?

— К сожалению.

Она рассмеялась так громко, что сама смутилась. Герман покачал головой.

— Виктория.

— Да?

— Вы слишком громко смеётесь.

Она мгновенно посерьёзнела.

— Простите...

Он посмотрел на неё несколько секунд.

— Не извиняйтесь.

— Но вы же сказали...

— Я сказал, что громко.

Короткая пауза.

— Не говорил, что мне это мешает.

Почему-то именно после этой фразы Вика впервые за долгое время почувствовала, что рядом с этим человеком ей не хочется становиться меньше, тише или незаметнее. Она ещё не придала этому значения. Просто убрала пустой контейнер, открыла ноутбук и снова вернулась к работе, не замечая, что за окном давно стемнело, а между начальником и подчинённой появилась первая тонкая ниточка доверия, которую нельзя было записать ни в один должностной регламент.

Во вторник утром Вика обнаружила на своём столе небольшую стопку папок и жёлтый стикер с единственной надписью: «До десяти». Почерк был ровным, почти чертёжным. Герман уже успел уехать на встречу, поэтому уточнить ничего было нельзя. Она открыла первую папку и через несколько минут поняла, что задания не связаны между собой. В одной нужно было проверить договор аренды, во второй сравнить коммерческие предложения двух подрядчиков, в третьей найти причину, по которой рекламная кампания нового жилого комплекса отставала от графика. Всё выглядело так, словно кто-то специально смешал задачи из разных отделов.