Книга Без обязательств, страница 95 – Лина Коваль

Разные песни, но чаще грустные.

И про дождь была…

Красивая невероятно.

Про пустынные аллеи, и капли, которые лились с неба хрусталем, и про влюбленную пару, что… расставалась в дождь. Я прижимаюсь к Косте еще отчаяннее, вдыхаю терпкий аромат туалетной воды и ощущаю, как бьется его сердце.

Быстрее, чем обычно. Ведь я рядом.

— Почему люди умирают? — задаю ему вопрос, так сильно мучивший меня весь вечер.

— А почему рождаются?

— Я… не знаю.

— Я тоже… — он вздыхает и гладит меня по голове. — Значит, так надо.

— Кому надо?

— Всем нам надо. Чтобы ценить каждую минуту и не оттягивать редкие встречи и признания на вечность вперед.

Зажмуриваюсь.

— Я так ее любила… — всхлипываю.

— Уверен, она тебя тоже. А еще ты очень на нее похожа, и, если станет легче, частичка навсегда в тебе останется…

— Знаю… Только…

— Что?

— Наверное, от этого мне сейчас еще больнее.

— Со временем станет легче, Соня. — сообщает, будто знает о чем речь.

Я отклоняюсь и рассматриваю гладковыбритое лицо. Обвиваю крепкую шею и прижимаюсь губами к широкому подбородку.

Костя опускает голову и, обдав мое лицо горячим дыханием, целует.

Так горько и одновременно сладко. Прекрасно, потому что все остальные мысли с поцелуями улетучиваются.

Просто обезболивающее и антидепрессант в одном человеке. Все это он — мой Костя Громов.

— Не хочу, чтобы ты улетал…

— Хочешь, я останусь? — он спрашивает, дыша еще труднее. — Перенесу на следующую неделю все переговоры, останусь здесь, с тобой, буду рядом…

— Ты хочешь быть рядом?

— Очень. — он говорит уверенно. — Я все решу. Нам больше не надо будет скрываться. Понадобится какое-то время… — отводит глаза. — Но мы все решим. Главное скажи, что ты этого хочешь.

— Ты говорил, что тебе не нужны отношения. — вспоминаю.

— Это правда, но мне… нужна ты.

— Ты тоже мне нужен, Костя.

Я как робот мотаю головой и глотаю слезы вместе с дождем.

— Мне бы очень этого хотелось, но мы не можем. Пока не можем.

— Объясни?

Я замолкаю, так как снова боюсь этой темы.

Вернее, его реакции на нее.

— Послезавтра сюда прилетит Натан… — говорю неохотно.

— Пиздец… — темные глаза сужаются, а руки еще сильнее сдавливают мои мокрые щеки.

Я обхватываю твердые запястья, чтобы немного их ослабить.

— Только не ругайся. — быстро шепчу. — Пожалуйста. Здесь будет его отец. Мой наставник. Я не могу так поступить.

— Соня… — качает головой. — И долго это будет продолжаться?

— Я… что-нибудь придумаю.

— Ты говорила, что вас ничего не связывает…

— Ничего. И я никогда с ним не буду, что бы ни случилось. Ты можешь в этом не сомневаться.

В его взгляде мелькает что-то вроде подозрения.

— Ты никогда не говорила… Что между вами произошло? Какая была причина развода?

— Ничего особенного.

— Соня…

— Обычные семейные ссоры. — Я облизываю пересохшие губы и прикрываю глаза от усталости.

Снова чувствую недомогание.

Наверное, я бы хотела с кем-нибудь поделиться о событиях той страшной ночи. Это уже давно рвется наружу, но Костя… Только не с ним. Боюсь, что будет злиться.

— Надолго? — сжимает зубы.

— Они прилетят с отцом. Из Москвы. У Владимира Рудольфовича там какие-то дела по клиникам. Не думаю, что останутся после похорон.

— Хотя бы так. — поглядывает назад.

Я прошу у бога еще минутку и прижимаюсь щекой к твердому плечу.