Книга Плененная поневоле, страница 89 – Алекса Аверина

Пока я рассматриваю и выбираю с замиранием сердца игрушки и шары, предвкушая, как я буду вешать их на елку, Ренат сгребает с полок всевозможные гирлянды, что заставляет меня смеяться уже в голос.

— Зачем столько, Ренат? Что мы с ними делать будем?

— Украшать. Если честно, мы никогда не занимались этим. Это будет впервые.

— Ренат… — подхожу к нему и обнимаю. — Спасибо тебе большое. Ты так много делаешь для меня. — тоже обнимает крепко и гладит по голове.

— Ну что ты, это самое малое, что могу сделать.

— А твоя семья не против будет? — поднимаю на него голову.

— Думаю, отцу не очень понравится, но смирится. Ему некуда деваться. У него, кстати, день рождение на днях, придут гости. Предполагаю, что и им всем тоже понравится оказаться в новогодней атмосфере. Устроишь?

— Конечно, я только рада буду. Мне все это так нравится. И твоя мама тоже, думаю, будет в восторге. Так, тогда нужно ведь еще и подарок купить для Дамира Анваровича?

— Это оставь мне. — замечаю, что он весь напрягся, нахмурился, смотрит куда-то выше меня. — Подарок уже готов. Ему он придется по душе. — что-то недоброе прозвучало в его голосе. Надеюсь, мне показалось, потому что в следующую секунду, он снова посмотрел на меня и улыбнулся.

Набрали целую тележку украшениями: шарами, игрушками, гирляндами из еловых веток, их я хочу на перила прикрепить, даже венок взяли для двери. Я будто в раю, от усталости и след простыл.

Все купили, отвезли тележку с покупками к машине и направились домой.

И чем ближе мы подъезжаем к дому, тем радость сменяется плохим предчувствием. Как будто, что-то должно случиться нехорошее, и не понимаю, откуда это все берется во мне. Все же сейчас хорошо.

Выходим из машины. Ренат приказал своим людям отнести покупки в дом и мы сами тоже идем внутрь. Раздеваемся и… словно каменею.

— Любимый? — резко оборачиваюсь на женский голос.

«Любимый» — это обращение к Ренату, словно по сердцу лезвием полоснуло.

Девушка, Диана, смотрит на Рената слишком влюбленно, а затем осматривает и меня с ног до головы. Я помню этот взгляд, в нем только презрение и брезгливость, и ясно почему. Она — его девушка, и получается, Ренат ей изменяет со мной? Он будет сейчас перед ней оправдываться?

За спиной открывается входная дверь и внутрь входят люди Рената с пакетами.

— Куда их? — спрашивает один из них.

— Эти, — кивает на пакеты с вещами, — в мою комнату. Коробку с елкой и пакеты с украшениями, тут оставить. Сейчас ставить будем. — почему он так говорит спокойно, как будто ничего не произошло?

— Это такие у тебя дела? — подходит к Ренату Диана. — Ты с этой, — на меня указывает, — время проводишь, пока я тебя жду? Она в твоей комнате что-ли спит? С тобой? Ты мне изменяешь? — Диана покраснела от злости, кричит на Рената, а у меня сердце замерло. Перевожу медленно взгляд на него, боюсь увидеть в его глазах сожаление. Но он смотрит на девушку пустыми глазами, ни одной эмоции не вижу.

— Во-первых, что ты тут вообще делаешь? Я разве непонятно сказал, что сегодня занят? — значит с ней говорил по телефону, этому нет сомнения теперь. И его «И я», было сказано ей.

— Это я пригласил Юрия Константиновича с Дианой, чтобы обговорить детали брачного договора. Тебе следует к нам присоединиться. — выходит в холл Дамир Анварович с незнакомым мне мужчиной.