Книга Плененная поневоле, страница 86 – Алекса Аверина

Я так хочу поговорить с ним обо всем об этом, расставить все по полочкам в голове, чтобы знать, что ждет меня дальше. Но наверно он прав, не сегодня. Слишком хороший вечер, слишком все нравится. Не хочу портить этот момент. Решаюсь перевести тему.

— Ренат, а как мне обращаться к твоей маме? Какое у нее отчество?

— Екатерина Александровна.

— Расскажешь мне немного о ней? Что она любила, когда была здорова?

— С удовольствием. — наконец-то он снова заулыбался. — Все, что она любила, так это отца, ну и нам немного доставалось. Она за ним везде, и в огонь и в воду, преданней женщины не существует. Отец тоже, до сих пор только ради нее и живет. У них через пол года сорок лет совместной жизни, но они до последнего вели себя, словно вот вот познакомились.

— Потрясающе. Какая же у них сильная любовь. Это редкость.

— Это да.

Дамир Анварович тоже очень хороший, теперь это еще больше поняла. В нем много любви. Понимаю, почему он так разозлился, когда увидел меня у Екатерины Александровны, он просто очень за нее переживает. Как мне дать понять, что у меня нет никаких плохих намерений?

— А вообще, она была учителем начальных классов, любит детей.

— Правда? — от этой новости, даже сердце чаще забилось. — Знаешь, а я почему-то так и чувствовала. Мне показалось, что она очень добрая женщина, такая же как и моя мама. Они очень похожи, не внешне, а чем то другим. И представляешь, моя мама тоже учитель начальных классов была.

— Какое совпадение. Уверен, у вас в семье было все же больше тепла, чем у нас. Так всегда обычно бывает, когда мало средств на жизнь. Я прав?

— Почему больше? У вас разве был холод?

— Родители с утра на работе пропадали, вечером друг с другом время проводили, а мы сами по себе. Нас няня воспитывала по большей части. Так что не все так радужно. Они просто спонсировали нам лучшую жизнь, забыв, что внимание важнее.

— Вот как. Мне очень жаль. У нас и правда, по другому все было. Мои родители тоже очень любили друг друга. Папа до сих пор не может забыть маму. Честно, когда я узнала, что он натворил, я не поверила. И сейчас с трудом верю. Он ведь… — голову вниз опустила, губу закусила. Зря я наверно опять подняла эту тему.

— Все хорошо. Расскажи, как у вас было?

— Все вечера мы проводили вместе. Ходили гулять, в кино, в кафе, да даже за покупками, тоже всегда вместе. И домашние дела делали вместе. Родители всегда с нами делились своими проблемами на работе, когда они случались, и все друг друга поддерживали. Я могу сказать, что мы с Аленой очень счастливые в этом плане были. Но и после смерти мамы, мало чего поменялось. Отец даже стал больше времени с нами проводить, не забился в себя от горя и нам не давал. За это, я ему особенно благодарна.

— Сказки какие-то. Такие отношения в нашем мире до сих пор существуют? Если так, то тебе можно позавидовать.

— Ну что ты, тебе больше повезло, твоя мама хоть и в таком состоянии, но она есть. Екатерина Александровна обязательно поправится и все можно наладить. — Ренат мотает головой.

— Юль, уже ничего не исправить, поздно. Матери уже ничего не помогает и это не изменится. Мы не говорим при ней ничего, но каждый веру уже потерял. Она такая и останется. Жива, дышит, уже радует.

Ренат, если бы ты знал то, чего знаю я. Но почему-то, рассказать ему сейчас об этом не решаюсь. Но я ни капельки не сомневаюсь, что она поправится.