Книга Плененная поневоле, страница 51 – Алекса Аверина

Выгибаюсь инстинктивно и дергаюсь, когда его пальцы проводят по влажным складкам внизу и раскрывают их.

Касается чего-то очень чувствительного, сначала легонько, потом с напором. Эти касания и покусывания, отдаются пронизывающим током во всем теле. Что это? Почему я чувствую сильную волну удовольствия и желание почувствовать это еще и еще?

Глаза закатываю, руками за голову его хватаюсь, пальцы в волосы запускаю и прижимаю к себе, к своей груди все сильнее. Ерзаю бедрами в поисках его пальцев, дышу до невозможности часто. Но он останавливается, ничего больше не делает.

Опускает меня ниже. Открываю глаза, смотрю на него затуманенным взглядом и тону в его черном взгляде обезумевших глаз.

Ренат.

Не пустит она меня… Маленькая, растрепанная, халат распахнулся, показывая мне участок груди. Смотрит на меня хмуро, смело.

— Дерзко! — подхожу к ней, смотрю на грудь сверху вниз, и резко халат распахиваю, оголяя ее тело. И смотрю, смотрю на нее. Весь гнев сходит на нет, при видя ее изгибов, видя, как дрожит.

Касаюсь ее груди, сосок сжимаю. Жажда охватила всю мою сущность. Эта неутолимая жажда, по ее телу подо мной. Хочу, хочу, чтобы стонала, хочу ее чистые эмоции. Она — моя персональная слабость.

— Не пустишь значит? — мотает головой. Моя смелая, бесстрашная девочка. Неужели не боится меня? — А так? — налетел на нее не давая опомниться. За талию хватаю, выбирая место, где нет этих синяков. Резко приподнимаю и впечатываю ее в дверь, прижимая собой.

Ноги ее развожу, подхватывая за бедра. Она сжимает меня ими, руками за плечи хватается.

К дьяволу выдержка и контроль, хочу ее до безумия, до потери пульса! Моя! Нет больше мыслей! Провожу ладонью по ее стройному бедру, касаюсь ее половых губ. Влажная, с ума сводит, понимаю, хочет меня, но боится! Вижу по глазам ее страх…

Пообещал, что отца не трону. Маленькая сучка, что она со мной вытворяет?

Осатанел, в этот раз уже от похоти, кусаю ее за мочку уха, дышу тяжело. Языком веду по шее, собирая языком ее мурашки, пробую на вкус. И впиваюсь жадно, с напором, до надрыва, не сумев сдержать стон.

Трогаю ее складки внизу, влагу ощущаю еще больше на пальцах. Она выгибается мне на встречу, дышит часто, сжимает своими ладошками меня за плечи, царапая.

Приподнимаю ее, на щеках румянец появился. Смотрю на ее грудь. Соски, такие напряженные, такие манящие. Впиваюсь жадно в один из них. Пожираю ее, насытится не могу, животные стоны вырываются наружу.

Дергается, когда начинаю ее складки раскрывать и клитора касаться, который пульсирует у меня под кончиками пальцев. Потираю его, сильнее, быстрее, жестче. Вся мокрая и готовая для меня.

У самого член пульсирует от потребности войти в нее, ощутить, как она сжимает меня. Физически больно удерживать зверя внутри себя. Не могу позволить чудовищу вырваться и растерзать ее.

С мучительной ломкой в паху, и обезумевший до предела, до трясучки, останавливаюсь. Не смогу больно сделать. Рано еще ей.

Убираю пальцы с ее клитора. А она хватает меня за голову, к себе прижимает сильнее, пальцами в волосы зарывается. Ерзает, еще хочет, понравилось… Девочка моя! Припускаю ее ниже, смотрю на нее, эмоции впитываю. Румяная, податливая, возбужденная. Пахнет сексом, для меня. Глазами просит еще.

— Наказана! — шепчу ей на ухо.